Книга Шепот пустыни: кровавая охота, страница 83 – София Бёрк

Но стоило Фионе войти в кабинет или Джамале без стука распахнуть дверь, как вся эта суровость исчезала без следа.

Советники давно перестали удивляться, застав однажды мастера за тем, как он терпеливо объясняет Джамале правила шахмат, или молча снимает с высокой полки книгу, до которой никак не могла дотянуться Фиона.

Вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, Фиона вышла на балкон дворца. Горячий ветер привычно коснулся её лица. Перед ней простиралась бескрайняя пустыня. Когда-то она казалась чужой. Теперь отвечала ей едва уловимым шёпотом.

Позади послышались знакомые шаги. Кассий подошёл к ней и молча остановился рядом. Их пальцы сами нашли друг друга. Некоторое время они просто смотрели на заходящее солнце.

— О чём задумалась? — тихо спросил он.

Фиона улыбнулась, не отрывая взгляда от пустыни.

— Знаешь, теперь я наконец поняла, что такое дом.

Он осторожно коснулся губами её лба.

— Значит, мы оба его нашли.

Она прижалась к нему чуть крепче. Из сада донёсся звонкий смех Джамалы. Над башнями Керна спокойно развевалось знамя рода Ламий. А пустыня, пережившая войны, предательства и кровь, наконец обрела долгожданный покой.

И вместе с ней обрели покой те, кому было суждено изменить её судьбу.

* * *

Последние лучи солнца медленно растворялись за горизонтом, уступая место прохладной ночи. В замке Эклипс, скрытом от всех взглядов, было непривычно тихо. Лишь потрескивал огонь в камине, нарушая уютную тишину.

Лилит удобно устроилась на длинном диване, положив голову на мягкий подлокотник. Она устало вытянула ноги положив их прямо на возлюбленного вампира, а Каин молча стал разминать ступни своей богини вампиров, с привычной точностью находя каждую напряжённую мышцу. Он не задавал вопросов и ничего не говорил. Просто делал то, что давно вошло у них в привычку.

Лилит довольно прикрыла глаза и тихо выдохнула.

— Всё-таки… это настоящий экстаз.

Каин никак не отреагировал. Только большим пальцем чуть сильнее надавил на особенно чувствительную точку. Лилит довольно улыбнулась.

— Вот за что я тебя люблю.

Ответом ей стала едва заметная тень улыбки, которая исчезла так же быстро, как появилась. Она знала этот взгляд. Для любого другого первородный вампир оставался бы холодным, неприступным существом, лишённым эмоций. Многие и вовсе решили бы, что он не способен испытывать чувства.

Лилит знала правду. За тысячи лет он так и не научился красиво говорить о любви. Зато без единой просьбы замечал, когда она уставала. Помнил, какие цветы она любила больше всего. Всегда оказывался рядом раньше, чем она успевала позвать. А сейчас молча разминал её ноги с тем же спокойствием, с каким когда-то защищал целые миры.

Для Каина любовь никогда не выражалась словами. Она проявлялась в поступках.

— Признайся, — лениво произнесла Лилит, не открывая глаз. — Твоя задумка оказалась великолепной.

— Я рассчитывал, что всё закончится именно так.

— А я долго не могла понять, что ты задумал.

— Знаю. — Она тихо рассмеялась. — И когда же, по-твоему, я наконец догадалась?

— Когда перестала бороться с судьбой Фионы.

Лилит открыла глаза и несколько секунд смотрела на него, после чего негромко фыркнула.

— Как всегда прав.

Она повернула голову к потолку.

— Знаешь… Фиона оказалась самой капризной эттой за всю историю.