Книга Архонт на каникулах (книга 1), страница 32 – Олег Ефремов

Снова стоим на плато, сверху слышен перекат селя, времени чересчур мало. На третью попытку уже не хватит, поэтому ору еще сильнее, перекрикивая раскаты грома.

— Достаем веревки из рюкзаков, отрезаем два метра и спускаемся к деревьям. Срочно привязываемся к самым большим стволам и пережидаем сход селя. У нас две минуты, чтобы выжить, — Александр и Михаил успели подойти, пока я раздавал указания, с ужасом слыша мои последние слова про сель.

— Быстро режем веревки прямо тут, обвязываем себя. Все остальное бросаем и спускаемся вниз к стволам. Вяжем себя крепкими узлами за самые широкие деревья, — повторяю еще раз, одновременно выполняя необходимые действия. Успеваем добежать и затормозить об многовековые сосны. Когда первые камни обрушиваются на плато, мы уже вяжем узлы, обмотав себя и дерево два раза. А дальше петля заканчивается и нас накрывает лавиной грязи, воды и мелких камней. Крупные булыжники остались на вырубленном плоскогорье и к счастью не задевают нас.

Ожидая, когда сель сойдет окончательно, жалею, что потерял свои способности при переселении в это тело с порушенным мозгом. А ведь мог запросто откатить время на тот момент, когда отец принял решение сходить в горы и переубедить его, придумав любую причину повременить с походом. Да даже хоть на пять часов назад, когда мы выбирали место для стоянки, уговорил бы не ставить палатки так близко к реке. Да даже на пятнадцать минут назад, когда сестра подвернула ногу, не нужно было откатывать время, а задержаться подольше в более безопасном месте, избежав схода лавины. Сейчас чувствовал себя беспомощным, словно мухокрыл попавший в паутину к арахнидам. Но когда лавина пронеслась мимо, и мы устроили перекличку друг с другом, с облегчением выдохнул. Все благополучно пережили эту смертельную опасность. Теперь был рад, что все же выбрал тело недоразвитого Ларика. Если бы не моя десятиминутная петля времени и этот куцый аналог настоящей способности хрономага, то сейчас бы эта семья не выжила.

Всю ночь мы провисели, привязанные к деревьям, пока дождь окончательно не затих. Да и после того, как все улеглось, страшно было развязываться. Весь склон был залит топкой грязью, которая сильно скользила. Только с лучами солнца, выглянувшего из-за горизонта, стали видны места, куда можно поставить ногу. Первым освободился отец и помог каждому по очереди отвязаться и перебраться наверх. Сейчас вырезанное в горе плоскогорье было покрыто большими камнями и липкой грязью. Но это была горизонтальная поверхность, по которой мы продолжили двигаться, как можно дальше уходя от места схода потоков селя. Дождавшись, когда земля в лесу просохнет от дождя, стали спускаться с горы в сторону ожидавших нас автомобилей. Теперь мы шли налегке, все наши рюкзаки и вещи смыло куда-то к подножию горы.

Шли молча, до сих пор не веря в то, что чудом остались живы. Каждый по-своему переживал ужасный опыт. Отец был мрачнее тучи, так как чуть не потерял всех своих детей разом по собственной глупости. Он не находил себе оправдания и не верил, что всех спас его самый беспомощный глупый сын. Как он сообразил и организовал за две минуты действенный способ спасения? Ответ на этот вопрос никак не находился. Илларион Илларионович искоса посматривал на младшего сына, который сейчас ему уже не казался глупым и недалеким. В ушах до сих пор стоял его командирский тон, которым он раздавал указания к действию. В его движениях и словах не было лишнего, не ощущалось ни паники, ни страха, ни суеты. Только благодаря верно принятому решению им всем удалось выжить. Он бы точно так не смог, слишком растерялся и уже попрощался с детьми. Ему было стыдно перед всеми, а в особенности перед младшим сыном. А еще он вспомнил, как Ларик сказал о том, что хочет спасти мир от монстров. И его слова сейчас уже не казались глупостью. Своим поступком он спас несколько человек от неминуемой гибели. И теперь граф принял мечту младшего сына. Если Ларик будет помогать другим, то он, как отец, его в этом поддержит.