Книга Вероломный бог, страница 13 – Кэмерон Джонстон

Когда сходни с грохотом опустились на мокрый от дождя причал, лорд Задница прошел в начало очереди, а два его приспешника расталкивали всякую шваль с дороги. Он начал визжать на матроса с дубленым лицом, требуя немедленно дать ему сойти. Знатное происхождение, и все такое прочее. Затем прямо мимо него прошагал маг из Арканума. Лорд Задница заскрипел зубами, но посторонился. Он был не настолько смел или глуп, чтобы разжигать гнев пироманта. После пяти дней моего подтравливания и психологической подготовки сопляк был натянут как тетива и готов сорваться в любую секунду. Идеальный момент. Я тихо подошел к нему сзади и с улыбкой посмотрел на его пояс. Этот идиот оставил кошель на виду у любого потенциального вора. Сетарис быстро научит его уму-разуму. Я сунул внутрь маленький неприятный сюрприз.

Избежать нюхачей на посту стражи невозможно, но я мог направить их внимание в другую сторону. Моя с претензией скроенная одежда – это, конечно, хорошо, но даже через десять лет некоторые нюхачи, дежурившие у ворот, могли распознать уникальный запах моей магии, если окажусь с ними лицом к лицу. Лучше держаться в тени и прятаться в толпе, пока они сосредоточены на каком-нибудь другом подходящем ублюдке.

Лорд Задница оглянулся и нахмурился, но его взгляд скользнул мимо меня. Я для него был пустым местом, просто еще одним только что разорившимся торговцем с ввалившимися глазами, ошеломленным недавними событиями в Железном порту. Однако под этой идеально скучной маской я улыбался.

По знаку капитана матрос начал подгонять нас вниз по сходням. Дождь прекратился, мы беспорядочной толпой вывалились на причал и затрусили по грязной дорожке к Нищенским воротам. Я с облегчением ощутил твердую почву под ногами, но желудок до сих пор как будто скакал вверх-вниз. Потрошащие рыбу старики и старухи с обветренными лицами мрачно разглядывали нас, когда мы проходили мимо их лачуг, сгрудившихся вокруг складов. В импровизированных тавернах пьяные моряки размахивали кружками с грогом и зазывали нас сыграть в кости и обменяться новостями. Некоторые беженцы направились к ним, и я подозревал, что завтра они проснутся в сточной канаве в чем мать родила, без гроша в кармане и с жутким похмельем.

Трудно представить, как выглядел этот некогда великий город во времена, когда он был сердцем настоящей империи. Теперь нам остались только южная часть Каладона и несколько дальних колоний, в равной мере опустошавших казну и казармы. Вольные города отделились еще до моего рождения, но старики помнили и оплакивали тот последний вздох имперского правления. Не считая древних богов Сетариса, только старшие маги Арканума знали город в расцвете его могущества, до того как он превратился во вшивую помойку.

Над доками кружили чайки, следовавшие за рыбацкими лодками, выгружающими улов, и с воплями пикировали вниз, чтобы устроить драку над вонючими кучами потрохов, сваленных у лачуг. В отличие от других портовых городов, в самом Сетарисе чайки не водились – об этом заботились корвуны, нечто среднее между морским орлом и гигантским вороном, черные как ночь, злобные, как сборщики долгов, и хитрые, как уличный мальчишка. Они не встречались больше нигде в мире. Одна из этих птиц сидела на крыше надвратной башни, к которой мы направлялись, и деловито рвала куски из растерзанного брюха чайки. Я недобро взглянул на неразборчивое послание, жирно намалеванное на стене башни красной краской: «Живодер придет за тобой».