Книга Хрономаг на миссии, страница 95 – Игорь Павлов, Олег Ефремов

Я непринужденно вел беседу, стараясь не выдавать своей заинтересованности, совершенно не обращая внимания на окружение. И только после того, как хозяйка проводила меня в отведенные покои, широко улыбнулся.

— Идея с обедом сработала. Одна из твоих слуг стала фонить магией, так что сегодня постарается либо сбежать, либо убить нас обоих, — вот только от хрономага убежать вряд ли у нее получится.

— Как мне себя вести? Оповестить охрану? — Расиль совершенно не боялась последствий, но упускать убийцу была не намерена.

— Да, нужно отдать приказ, никого за ворота ни впускать, ни выпускать. Ни слуг, ни торговцев, ни охрану, иначе метаморф может принять любое обличье, — подумал, что пару дней мы все тут как-нибудь продержимся, ведь я и дальше собираюсь провоцировать метаморфа.

Если после обеда мы чувствовали себя хорошо, то ужин должен быть по логике вещей, отравлен. Почему именно ужин? Дабы хозяйка тихо скончалась во сне. А вот как именно метаморф поступит с иноземным гостем, то бишь со мной, оставалось загадкой. И почему он, спустя столько лет, меня не узнал, тоже наводило на определенные мысли. По факту убийца должен быть убежден, что мы оба погибнем. Значит необходимо спектакль разыграть, как по нотам.

Ужин прошел в теплой дружеской атмосфере перед камином, где мы попросили накрыть. Прислуживала, как раз та самая служанка, подливающая нам вино. Вспоминали с Расиль старые времена. Через какое-то время нам стало дурно, яд начал действовать, а значит пришло время для отката. Снова повернул время вспять, убедившись, что нас будут травить. Вот только сейчас я останавливал время, выливал отравленное вино, наполняя фужеры из своей бутылки. Мы продолжили и дальше душевно беседовать, но под конец сделали вид, что нам плохо. Попрощавшись друг с другом, решили прилечь пораньше. Ночью гремели, бегали до горшка, вызывали рвотные позывы, притворялись отравленными. Утром пробрался в комнату к Расиль, чтобы при помощи яда свинорга парализовать на несколько часов. Ее должны найти обездвиженной, практически мертвой. Медицина в XVIII веке была так себе, поэтому могут запросто посчитать скончавшейся. Сейчас нам предстояла обоим сложная задача. После того, как врач подтвердит диагноз нашей скоропостижной кончины, пролежать без движения как можно дольше. Мне также необходимо будет проследить за служанкой, когда она попробует переместиться при помощи артефакта на Трикселон, и помешать этому процессу.

Как и предполагал, нас обоих посчитали погибшими. Доктор был сильно озадачен, ведь отравления он не выявил. Оцепенение тела принял за трупное окоченение, посчитав, что у госпожи случился сердечный приступ от чрезмерного употребления вина перед сном. Так себе диагноз. Мне он поставил приблизительно то же самое, даже не усомнившись, что двое, выпившие вино, смогли отбросить копыта. Дозу оцепенения мне приходилось поддерживать только во время осмотра врачом, так как регенерация быстро сводила все мои усилия на нет. Как только врач отбыл из замка, я уже крался в сторону покоев прислуги. Убийца-служанка пока была здесь, так как в общей комнате никто больше спать не ложился. Все обсуждали смерть госпожи и меня, который почему-то стал главным виновником ее смерти. Где тут была логика, я не понял. Ведь убийцы не травят себя вместе с жертвами, но слуги даже боялись помыслить о том, что это сделал кто-то из них. Других посторонних в замке не было, а мертвые стерпят все, даже поклеп.