Книга Год хорошего Кощея, страница 68 – Анастасия Деева

Прохор, не обращая внимание на стремянного, нагнулся, взял полено, почесал им взопревшую спину и задумчиво покосился на Волшебное Зеркало. Сунув босые ноги в подсохшие валенки, царевич пересёк горницу и остановился, разглядывая своё отражение. Потрогав рукой здоровый синяк под глазом, добрый молодец несколько раз долбанул кулаком о стеклянную поверхность и грозно поинтересовался:

— Говори, проклятое, куда Бабу Ягу спрятало!

Зеркало загадочно молчало.

— Кузьма, дай-ка сюда полено! Да покрепче!

Стремянной услужливо подскочил к нему:

— Полено? Дык того… Вот…

Перехватив у него из рук деревяшку, добрый молодец, подбоченившись, встал перед Зеркалом и, нахмурив брови соболиные, сурово провозгласил:

— Слышь, ты, стекляшка басурманская. Ежели ты мне сейчас не покажешь Бабу Ягу, я тебя враз расколошмачу.

Серебристая поверхность помутнела, по ней прошла непонятная рябь.

— Запрос принят… – сказало Волшебное Зеркало тем же безликим голосом. – В данный момент связь неустойчива, возможны сбои.

— Ты мне, царскому сыну, зубы не заговаривай, – грозно продолжал Прохор. – Покажь, куда бабку дело. Почто она, погань лесная, за моей славой молодецкой ушла? Кто главным богатырём на Руси должен стать?

— Дык это… царевич-батюшка… ты, – угодливо подсказал стремянной.

— Слышало? – спросил Прохор, замахиваясь поленом, будто для удара.

По Зеркалу снова прошла рябь и появилось слабое свечение. Оно словно бы пыталось настроить приём далекой волны, чтобы настроить изображение. На гладкой поверхности иногда проступала картинка, но тут же терялась.

— Кузьма, скамью сюда тащи! И носки, матушкой связанные! – приказал властно молодец и добавил досадливо: – Пол мокрый, валенки опять сырые!

Пока стремянной возился, Зеркало пыталось установить связь с отдаленным Миром. Как и у всех волшебных предметов, характер у него был. Зеркалу совсем не нравилась идея быть разбитым. Но сигнал между Мирами был настолько слабым, что сил у артефакта не хватало.

Дело в том, что ель в туристическом агентстве Деда Студенца была точной проекцией Древа Мирового. На ней висели не обычные шары. Это и были самые настоящие Вселенные, каждая со своими законами. В первый раз два Мира висели довольно близко друг от друга. Когда Найдён принял Мир за игрушку, и начал катать по полу, древний бог зимы Студенец перевесил шарик на самую верхушку Древа. Таким образом он обезопасил Мир от игривого котейки. Но теперь два шарика были слишком далеко друг от друга, и установить сигнал связи было значительно сложнее. Чтобы показать царевичу требуемое, Волшебному Зеркалу приходилось прилагать максимум усилий.

Наконец картинка все-таки получилась, пусть и не самого высокого качества.

В этот раз Зеркало показало Прохору интерьер туристического агентства.

Царевич, который в этот момент только хотел надеть носки, распрямился от удивления. Он заметил, как за стеклом появилась диковинная горница, обставленная совершенно невиданной мебелью и утварью.

Пальцы царского сына коснулись рукой холодной поверхности Зеркала, чтобы убедиться, что увиденное – правда. Рука не прошла сквозь стекло.

— Морок! – догадался царский сын. – Ах ты ж, стекляшка колдунская!

Он замахнулся поленом, но тут заметил за стеклом Бабу Ягу, её кота, а так же неизвестного старика в диковинной одежде. При этом царский сын наступил ногой в холодную лужу, и валенок снова промок. Не обращая внимания на влажную обувь, молодец подбоченился и произнёс зычным голосом: