Книга Орден Разбитого глаза, страница 140 – Брент Уикс

— Черт, да вы были красавицей! И такая боевая! Я… не могу поверить, что я сказал это вслух, – смущенно добавил Кип.

Он проговорился, назвав имя художницы. Может быть, если теперь он допустит еще одну, притворную оговорку, это поможет отвлечь внимание Белой и она не прицепится, желая знать, откуда ему известно это имя?

Белая рассмеялась.

— Ого! Спасибо на добром слове! Но, думаю, Янус мне здесь польстила.

— Янус никому не льстит, – возразил Кип. – Она честна во всем. Суть Зеркала ведь в этом и…

«…состоит, – мысленно закончил он. – Проклятие, Кип! Ты можешь хотя бы шесть секунд подержать свой язык за зубами?»

— Не ругай себя, – сочувственно сказала Белая. – Я умею распознавать недомолвки и увертки, даже самые искусные. Мне слишком долго пришлось иметь дело с твоим отцом и дедом, чтобы недооценивать тебя, Кип, даже несмотря на твою молодость.

— Сатрапы небось выходят от вас, заливаясь слезами, да?

— Бывает, – сухо отозвалась Белая. – Итак, Янус Бориг. Рассказывай.

И Кип рассказал ей о своих встречах с Янус Бориг. О том, что та работала над его картой. Об убийцах в мерцающих плащах и о том, как Янус умерла у него на руках. Для Белой это известие стало явным ударом.

— Кип, это чрезвычайно важно. Удалось ли спасти что-нибудь из огня?

Кип готовился к этому вопросу на протяжении всего разговора.

— Она просила меня взять хоть что-нибудь, но пламя было такое сильное, и к тому же повсюду ведь были кучи пороха. Мне удалось только схватить мерцающие плащи.

Белая помолчала, разглядывая его лицо.

— Ты хороший лжец, Кип, но мне доводилось иметь дело с лучшими. Мерцающие плащи отлично подходят для убийства, однако карты можно использовать для тысячи целей. Янус не позволила бы тебе тратить время на оружие, когда истина пылала в огне. Это ведь работа всей ее жизни!

— Она была без сознания, – упорствовал Кип, не желая отказываться от удобной версии.

«М-да, кажется, кто-то выступал за прямоту и открытость? Проклятие!»

Белая вздохнула:

— Я не буду больше спрашивать. Надеюсь только, что ты хранишь их в надежном месте. Не вытаскивай слишком часто, не то шпионы смогут их обнаружить по чистой случайности. И следи, чтобы ты был один, когда будешь ими пользоваться. Я не знаю, что нарисовано на этих новых картах, но подозреваю, что некоторые события новейшей истории вполне могут освежевать твой мозг.

Учитывая, что совсем недавно он лишился кожи на ладони из-за ожога, эта метафора встретила у Кипа особенный отклик.

Он хотел было возразить, что не знает, где сейчас находятся карты, но вовремя сообразил, что такое признание выдаст его ложь. «Любой мой ход дает ей новое преимущество!»

— Как так получается, что, когда вы это со мной делаете, я вас не ненавижу? – спросил он.

— Когда я загоняю тебя в угол, ты хочешь сказать?

— Да.

— В отличие от того, когда это делает Андросс, – уточнила Белая.

— Вот именно, – с чувством отозвался Кип.

— Потому что ты видишь, что я тебя люблю и желаю тебе только самого лучшего.

— Любите? – хмыкнул Кип. – Вы же меня совсем не знаете!

— Способность любить легко – удел тех, чья жизнь была очень короткой или, наоборот, очень длинной, если она была прожита как надо. Разбитые сердца полны трещин, через которые кровь течет к новым людям.

Кип молчал, не зная, как это принять. Не зная, может ли в это поверить. Наконец он неловко произнес: