Онлайн книга «Орден Разбитого глаза»
|
«Благодарю вас, сэр! Я помолюсь как следует, когда окажусь, гм, в менее рискованной ситуации. И постараюсь больше не пропускать еженедельные моления». (Поистине, это происходило слишком часто.) Дело было закончено. Даже если другой плащ и лежал где-нибудь в шкафу, Тея вдруг осознала, что попытка взять его с собой будет игрой со смертью. «Забудь об этом!» Она уже направлялась к балкону, когда в коридоре послышался голос. Дверь открылась, и в комнату просунулась голова Черного гвардейца. Байя Ниэль – зеленый цветомаг, ветеран Руского сражения, дравшийся против самого Атирата бок о бок с Кипом, Каррис и Гэвином Гайлом. Его черты освещал яркий желтый свет люксинового фонаря. Тея замерла. Укрыться было негде – во всяком случае, не на расстоянии прыжка. Ее сердце остановилось. В жилы хлынул боевой огонь, но хотя он тысячу раз подталкивал ее к действию, на этот раз что-то не сработало – то ли в нем, то ли в самой Тее. Она стояла, не в силах двинуться. Можно даже не гадать, что случится дальше… Сквозь окутывавшее ее парилловое облако она видела что-то странное в желтом сиянии, отражавшемся от гхотры гвардейца, от его носа, его руки, медленно двигавшейся вперед… Если она это не вообразила себе сама, желтый, кажется, придал Тее какую-то странную ясность, способность мгновенного понимания, превосходившего ее собственную сообразительность. И эта логика говорила ей, что она может убить Байю Ниэля – в ее руке был парилл, и она отлично представляла, что нужно сделать, чтобы безвольное тело гвардейца за считаные секунды повалилось на пол. Но она не могла убить гвардейца. Во всяком случае, не ради собственного спасения. В ее голове промелькнула мысль: «Я могла бы просто попросить Белую дать мне плащ, и она наверняка бы не отказала». Что будет делать Байя, когда ее увидит? Если Белая посвятила его в свой план, то ничего. Или же он ее схватит, и тогда Тею больше нельзя будет использовать в качестве шпионки. Этого можно было избежать несколькими способами, но ни один из них не был приемлемым. «Вот в этом и заключается сила желтого: это не чистая отвлеченная логика синего, но и не страстность красного. В желтом логика и эмоции уравновешены». Тея сдалась перед этой неумолимой человеческой логикой. Она стояла неподвижно, покорно глядя, как Байя Ниэль вносит в комнату люксиновый фонарь. Ее кожу покалывало, словно падающие снежинки по очереди пощипывали каждый из нервов. Одновременно, какой-то отстраненной частью своего существа, она ощущала, будто ее кожа превратилась в тесто, которое растягивают и снова сминают, растягивают и сминают… Взгляд Байи Ниэля прошел поверх ее головы. Он осматривал комнату, не пропуская ни одного угла. Вот его взгляд снова вернулся к ней – и прошел мимо, насквозь, куда-то за ее спину. И еще раз… Тея стояла от него в каких-то шести шагах. Гвардеец не притворялся – он действительно ее не видел. Она смотрела ему в глаза: в них ничто даже не дрогнуло. Не было никакой заминки, перефокусировки. Он не играл в какую-то хитрую игру. Теи для него просто не существовало! Он водил люксиновым фонарем вправо и влево, а мозг Теи, казалось, кипел и шкворчал от напряжения… А потом, спустя еще секунду, она поняла. Этот люксиновый фонарь! И ее парилловое облако. Фонарь испускал желтый свет лишь в очень узкой полосе спектра. В совокупности со способностью парилла менять фокус это означало, что Тее, как светорезу, приходилось иметь дело лишь с этим узеньким диапазоном света. Задача была настолько несложной, что Тея справилась с ней, сама того не осознавая. Древние умели делать это в движении и сразу во всем спектре; Тея делала то же самое, оставаясь неподвижной и лишь с одной полоской желтого. |