Книга Орден Разбитого глаза, страница 545 – Брент Уикс

…Но если это действительно было так, то почему Железный Кулак чувствовал стыд? Он стыдился того, что Гринвуди не доверял ему. Стыдился того, что на протяжении нескольких месяцев считал, что ему не придется выбирать сторону, что обе данные им клятвы можно будет исполнить, не предав ни одну из них, что эти древние враги могут стать союзниками, сражаясь с общим врагом, что его ульта, возможно, заключается в том, чтобы убить Цветного Владыку…

Он снял с головы гхотру. «Сейчас уже слишком поздно для этих сожалений. Орхолам протянул ко мне руку, а я плюнул Ему в лицо».

— И что мы будем делать теперь? – ровно, без выражения, спросил Железный Кулак.

— То, куда мы направим все ресурсы Ордена, будет зависеть от твоего ответа на один вопрос, мой племянник и моя правая рука: после всего, что ты видел, скажи мне – кто такой Кип Гайл?

Железный Кулак посмотрел на своего дядю – раба, который носил тайное имя Пустынного Старца и был главой Ордена Разбитого глаза. Тщательно выбирая следующие слова, он отчетливо осознавал, что ими пишутся человеческие судьбы:

— Он, несомненно, не Кип Делаурия, не тот бастард, которого я знал прежде. Он уже и не Кип Гайл. Он – Молот, он – Светоносец, он – наш Диакоптес, вернувшийся вновь.

— В таком случае ступай, племянник. Ты исполнил свою ульту, поэтому выполнение твоей следующей задачи будут определять не клятвы, но лишь твое сердце. Иди – и поверни волю Молота так, чтобы он не смог нас уничтожить, как это сделал последний Диакоптес! Ступай. Служи ему, спаси его или убей – а вместе с ним и весь мир!

Грохот отдаленного взрыва прокатился по широким проспектам и световым колодцам Большой Яшмы, между арками «тысячи звезд», между беленными известью домами и сверкающими куполами. Ликующие толпы, выстроившиеся вдоль пути следования праздничного парада, притихли. Все взгляды устремились к горизонту – и в первую очередь взгляд бывшего командующего Черной гвардией. Все горькие сожаления Железного Кулака, вся его погруженность в себя развеялись вместе с завершающими раскатами гигантского удара. Где-то в районе порта над землей взметнулось колышущееся облако, похожее на шляпку гриба, настолько огромное и горячее, что оно тут же принялось опадать внутрь себя.

С этой стороны острова имелось только одно место, где находилось достаточное количество черного пороха для столь грандиозного взрыва. Железный Кулак бросился бежать. При его росте и с учетом постоянных тренировок, а также знания всех улиц и переулков острова расстояние в пол-лиги заняло совсем немного времени. По мере приближения к узкому полуострову, однако, его движение начали замедлять толпы людей, одни из которых стремились к месту взрыва, а другие – от него. Светлые гвардейцы промахоса Андросса Гайла пытались оцепить периметр, с предсказуемо жалкими результатами.

Приближаясь к их цепи (что такое? кажется, эти идиоты не пропускают хирургеонов?), Железный Кулак невольно разглядывал уже расплывающееся черное облако и горы щебня под ним. Как он и думал, взрыв произошел на пушечной батарее, охранявшей вход в гавань. Пороховые склады были расположены в подвалах башни, глубоко в толще коренной породы, так что даже канонада вражеской армии не смогла бы нанести им урон. Карвер Черный, которому была поручена оборона острова, неукоснительно следил за тем, чтобы при складировании пороха в таких количествах и любых действиях с ним всегда соблюдалась надлежащая дисциплина.