Книга Иллидан: Страж Пандоры, страница 16 – Stonegriffin

Он вложил стрелу и поднял лук, позволяя мышцам спины и плеча напрячься в знакомом, но обновлённом движении, которое это тело выполняло сотни раз на тренировках. Но Иллидан не просто прицелился — он словно предвидел выстрел, как когда-то складывал в голове сложные заклинания. Его сознание учло всё: ослабленную гравитацию Пандоры, которую он оценивал примерно в четыре пятых от привычной, плотность влажного воздуха, создававшего дополнительное сопротивление, едва заметный изгиб древка стрелы под её собственным весом. Он делал подобные расчёты инстинктивно, когда метал сгустки хаотической энергии в демонов, но здесь требовалась абсолютная физическая точность — как у легендарных лучников Кель'Таласа, которые, по слухам, могли попасть в глаз врагу с пятисот шагов.

Тетива запела тихим высоким звуком, похожим на вздох.

Стрела сорвалась с места и пронеслась над болотом почти невидимой тенью в полутьме. Она вонзилась в выбранную точку на шее самки с глухим влажным звуком, похожим на удар топора по сырому полену. Пал-лоран издал короткий удивлённый выдох — не крик боли, а скорее хриплый вздох существа, которое не успело понять, что произошло. Животное пошатнулось на месте, его ноги подломились, и оно рухнуло на бок, лишь раз судорожно дёрнувшись перед тем, как затихнуть навсегда. Остальное стадо, застигнутое врасплох этой внезапной смертью одного из своих, метнулось в чащу с треском ломающихся веток и паническим фырканьем.

На поляне воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным журчанием ручья и далёким криком какой-то ночной птицы. Иллидан опустил лук, позволив напряжению в мышцах медленно рассеяться. Выстрел был чист, смерть мгновенна, условие испытания выполнено с той точностью, которую он привык требовать от себя в любом деле.

Он выждал несколько мгновений, давая лесу успокоиться после потрясения, а затем вышел из укрытия и направился к добыче. Подойдя к телу пал-лорана, он наклонился и положил руку на ещё тёплый бок, чувствуя под ладонью последние отголоски тепла уходящей жизни. Зверь был мёртв — его маленькие глаза уже начали стекленеть, а тёмная, почти фиолетовая кровь медленно сочилась из аккуратной, почти хирургической раны вокруг древка стрелы. Ни затяжной агонии, ни паники, ни мучительного бегства с торчащей из бока стрелой, как это бывало у неопытных охотников.

Он выпрямился и, не оборачиваясь, поднял руку в условленном жесте — раскрытую ладонь к небу. Из темноты леса, с того направления, откуда, как он знал из инструкций перед испытанием, за ним наблюдал назначенный свидетель — опытный охотник по имени Ней'рок — донёсся негромкий модулированный свист, похожий на крик ночной птицы. Сигнал подтверждения.

Иллидан не стал ждать, пока свидетель доберётся до него. Он достал свой каменный нож и начал предварительную разделку туши, действуя с той же безэмоциональной эффективностью, с какой выполнял любую необходимую работу. Память Тире'тана подсказывала нужные движения — где сделать первый надрез, как отделить шкуру от мяса, какие части следует сохранить для ритуала. Он не чувствовал ни триумфа победителя, ни той благодарности духу зверя, о которой говорили старейшины в своих наставлениях. Была задача, и задача была выполнена — всё остальное было лишь декорациями, которые он пока не научился ценить.