Книга Алые небеса. Книга 1, страница 187 – Чжон Ынгволь

Доволен был каждый: не только отец Рама, но и жители деревни, услышавшие эту новость, были взволнованы. А особенно сильно радовались старики, когда-то жившие в Ханяне, ведь понимали, что перед смертью смогут еще раз ступить на родную землю. Но даже если бы въезд снова открыли, снова переехать в столицу было бы трудно: на тех землях уже не осталось места для жизни, да и на протяжении последних тридцати лет каждый из них обустраивал жилье в Кёнджу. И тем не менее, несмотря на такое позднее снятие запрета, сама возможность свободно приходить туда уже не могла не радовать.

Рам сразу отправился в путь вместе с отцом, господином Мэном и двумя слугами. Жители вышли к выезду из деревни и помахали ему напоследок. Мать мягко улыбнулась, погладив Рама по волосам. Хотя он и должен вернуться уже на следующий день, на ее лице отражалось беспокойство, ведь это было впервые, когда она отпускала куда-то его одного. Последний раз собственными глазами Рам видел ее такой.

Отец и два слуги сопровождали его только до городских ворот Ханяна: они решили разбить лагерь и переночевать там, пока Рам не покинет столицу на следующий день. Папа мальчика хотел быть как можно ближе к сыну. Он все равно проводил ночь вдали от него, но находиться еще дальше и спать дома было совсем невыносимо. Прежде чем разойтись, Рам забормотал, выпячивая живот вперед и ковыряя землю пяткой:

— Я не хочу идти… Хочу быть с тобой.

— Эх, малец… Ты будешь спать в доме у старика Мэна.

— Но я буду скучать по тебе и маме…

— Мы скоро увидимся. Уже завтра! Хорошо? Слушайся и не проказничай.

— И все же… Что мне делать, если я очень захочу увидеть вас ночью? Я уже скучаю по маме. Еще с самого ухода стал по ней скучать.

Отец сел, согнув колени, и, опустившись до уровня глаз Рама, взглянул на него.

— Рам. Когда войдешь на территорию дворца, сними обувь, носки и босиком наступи на землю. Эта земля – наша земля, она будет рада тебя приветствовать. Ты должен почувствовать ее голыми стопами. Когда энергия земли соединится с твоей, вы вместе наберетесь сил. Даже если у тебя не получится подойти к нашим владениям, пройдись босиком хотя бы где-нибудь рядом.

Их владения – то есть настоящая земля – находились там, где теперь располагается главный зал Кёнбоккуна.

— Выходит, там можно будет даже побегать босиком? Ух ты! Вот это да!

— Ой, кажется, я неправильно выразился. Тебе не нужно носиться там, просто сними обувь ненадолго.

— Ненадолго?.. Скукотища.

— Завтра я приду за тобой на церемонию жертвоприношения, – сказал старик Мэн, – тогда я разрешу тебе это сделать.

— Прошу! Обязательно разрешите!

Рам взял Сасона за руку, и они вдвоем подошли к городским воротам. Другой рукой он махал отцу так резво, что маленькая ладошка размывалась в воздухе. Потом он вырвался и побежал прямиком в папины объятия.

— Я буду слушаться и скоро вернусь, папа. Пойду туда – и слова лишнего никому не скажу. Сделаю все так, как ты велишь. Но ты обязательно меня тут дождись!

— Разве я могу оставить тебя и уйти? Если справишься со всем, я исполню твое желание. Проси что хочешь. Но в пределах разумного!

— Хм… О! Я хочу увидеть море. Недавно ты читал мне книгу и рассказывал о нем. Но я не могу даже представить себе такое! Поэтому хочу увидеть море сам.