Книга Двери больше не нужны, страница 19 – Екатерина Соболь

Ева беспомощно прижала к груди руки и попятилась. Голос она, значит, слышит, а типа с сережкой не видит? Я чувствовала скорее раздражение, чем страх: видимо, парень – какой-то дружок Евы, и они вместе решили меня разыграть.

Мы обе уже промокли окончательно, потому что зонт-то закрыли, а дождь продолжал лить как из ведра. Парень вцепился в мой локоть и дернул к себе – так грубо, что я на ногах еле удержалась. Он был моего роста, но определенно сильнее, чем казалось по его жалкому мокрому виду. И вот тут я почувствовала злость. Я устала на работе, замерзла, мне не до шуточек.

— Хватит комедию ломать! – Парень подтащил меня к ближайшему фонарю, словно хотел, чтобы я разглядела его лицо. – Уверен, ты думала, все шито-крыто, мы тебя не найдем. А вот сюрприз! Говори: ты знаешь, что происходит? Бешеные двери – твоя работа?

Какой бред. Я уже хотела высказать все, что думаю, когда за спиной у меня раздался сдавленный писк. Обернувшись к Еве, я увидела на ее лице такой шок, что задумалась, не стоит ли ей попробовать себя в театре. Она таращилась на парня с сережкой, как на призрака.

— Вода… – прошептала Ева. – Он невидимый, но под светом… Вода показывает, где он.

Ага, конечно. И как назло, в такой ливень можно не надеяться на прохожих, которые положат конец этой дурацкой сцене.

— Ну и погодка, – хрипло пробормотал парень. Видимо, думал о том же. – А говорят, у нас город дождливый… Да не молчи ты, ну пожалуйста. Пять минут удели мне и вали куда хочешь!

Наверное, стоило врезать ему и скрыться в подъезде, но мою руку он сжимал до синяков, явно переигрывая, и мне страшновато стало его злить.

— Вы меня с кем-то перепутали, – выдохнула я. От холода зуб на зуб не попадал. – Я вас не знаю. Честно.

Надеялась, он скажет: «Ой, серьезно? Простите, тогда я ухожу». Но куда там!

— Ну ты и дрянь, – выплюнул он и встряхнул меня так, что я поморщилась от боли. – Тактика в твоем стиле – прикинуться тупенькой, «ой, я вас не знаю». Он бы купился, но со мной номер не пройдет. Я не для того жизнью рискую, чтобы ты…

И вот тут я выяснила, чем занималась Ева, которую я временно потеряла из виду. У подъездов нашей пятиэтажки есть палисадники, где летом бабули сажают цветы. Сейчас там не было ничего, кроме каких-то задубевших стеблей – и горшков, где давно отцвели и засохли хризантемы.

Одним из этих горшков Ева и ударила моего обидчика по голове, подкравшись к нему сзади. Тот со стоном завалился набок. Я в шоке уставилась на Еву. Вид у нее был дикий – темные пряди налипли на лицо, побелевшие пальцы сжимают горшок. Ева в жизни не замечена ни в какой жестокости, кроме попыток из экономии постричь меня своими руками. Она не стала бы так жутко бить кого-то ради розыгрыша, она правда пытается защитить меня от хулигана.

— Дождь о него ударяется, и видно силуэт, – прошептала Ева, глядя вниз. – Я так и знала, я знала, что призраки существуют… Тань, ты как?

Парень, к счастью, был жив – он со стоном приподнялся на локте, второй рукой ощупывая затылок. Ева нагнулась, боязливо ткнула пальцем в его плечо и отпрянула. Потом любопытство победило, и она потрогала снова.

— На ощупь как настоящий человек. Просто невидимый.

— В другой ситуации я сказал бы: «Да, красотка, трогай меня дальше». Но сейчас… Ох… Скажу: «Отвали, дай поговорить».