Книга Двери больше не нужны, страница 28 – Екатерина Соболь

Антон наморщил лоб, будто шутка его взбесила.

— Ты и сама все можешь. Правда, в июле у тебя не сразу получилось создавать для себя двери, но потом ты нашла пару секретных приемов. Я напомню, когда сделаешь то, что нам надо.

— Тебе-то откуда их знать, если они секретные?

— Ты мне рассказала.

Меня дрожь прошила – и от его слов, и от тяжелого взгляда. Хотя, может, дело было во влажной одежде, которая до сих пор не просохла. В этот самый момент я поверила: я действительно что-то забыла. Проблема не в этих людях, а во мне.

— Белла, сделаешь чаю? – спросил Антон у красивой женщины в черной водолазке. – И найди Тане одежду.

Все ясно: несмотря на замкнутое побитое лицо, он у них главный добрячок, этакий «хороший полицейский».

— А я пока расскажу все с начала, – объявил высокий мужчина. – Ох, надо же представиться еще раз! Я Павел Сергеевич, глава петербургской Стражи имени Льва Журавлева.

Женщина с мультяшным именем Белла принесла мне кружку чая и одинокий пряник.

— Ничего больше не нашла, все подъели, – виновато сказала она. – Мы все теперь практически живем на работе, а столовая летом закрылась, потому что…

Да какая мне разница, почему! Я перестала слушать и набросилась на пряник – в последний раз я ела вчера перед работой. Павел Сергеевич тем временем рассказывал, как пятнадцать лет назад в их городе начали появляться призрачные двери.

Какой была жизнь раньше, все тут помнят смутно. Двери разрушают места, где открываются, зато через них нечто неизвестное подкидывает в город артефакты – волшебные предметы с полезными свойствами. Городская Стража закрывает двери, собирает артефакты и раздает людям, которые в них нуждаются. Мешают им в этом местные бандиты, которые называют себя Клан, и их босс по прозвищу Гудвин. Прямо сценарий для сериала!

А потом Павел Сергеевич начал историю о моих приключениях, и мне даже захотелось ему поверить. Слушать, какая я могущественная, было приятно, а еще в каких-то моментах я совершенно точно узнавала себя: да, это я бы и сказала, так бы и поступила. Белла и Вадик то и дело подбрасывали уточнений и комментариев, Антон отмалчивался и на меня почти не смотрел.

Верить в их байки было глупо, но соблазнительно. Я всю жизнь была болезненно обычной и лучше всего чувствовала себя в моменты, когда кому-то нужна: сначала маме, потом Еве. Сейчас это притупило мою тревогу, как анестезия: я настоящая звезда, необходимая целому городу! Да, город странный, а может, я все-таки не в себе, но, сидя на этом диване, я чувствовала себя собой куда больше, чем в офисе у Камилы или в моей комнате, полной маминых вещей. Все проблемы реального мира отодвинулись, будто мой беспокойный разум поставил их на паузу. Даже Ева, казалось, была сейчас в другом измерении.

— Что-то вспомнила? – спросил Вадик, когда они совместно закончили рассказ.

Я покачала головой и чихнула.

— Сделаем вот что, – деловито сказал Антон. – Я знаю: ты можешь пожелать нужные артефакты, и двери дадут тебе именно их. Прямо сейчас пожелай двух вещей. Первое: чтобы открылась дверь поближе к нам. Но только не бешеная, обычная! Второе: чтобы она дала тебе артефакт памяти. Давай, сосредоточься.

Я искренне попыталась. Все уставились на настенную карту, усеянную мелкими красными лампочками, которые сейчас не горели. На что бы они ни рассчитывали, этого не произошло.