Книга Осторожно, двери открываются, страница 86 – Екатерина Соболь

— Ну, могло быть и хуже, – философски сказал Антон и рванул с места, пытаясь первым выехать из переулка.

Но Вадик его уже опередил и с визгом шин вылетел на улицу. Я подумала, что ДПС Санкт-Петербурга вряд ли питает к Страже теплые чувства. С другой стороны, зачем волноваться о дорожном движении, когда все вокруг и так… Ой, ладно, не буду об этом думать.

Антон оказался прав: Клан бросил все силы на Адмиралтейский район. Похоже, здесь было больше всего дверей – и не было меня, чтобы их закрывать. Следующие несколько часов прошли утомительно. Нам не встретилось ни одного артефакта, хотя мы закрыли еще десяток дверей. Точнее, я закрывала, а остальные помогали их найти и обсуждали, куда ехать дальше, сгрудившись вокруг почталлиона.

— Сенатская, 1?! Почему еще не закрыли? – возмущался Антон, пока я подбиралась к двери, которая разворотила коробку для хоккея в одном из дворов. – Это же последний проект Росси! Вам здание Сената не особо дорого, да?

— Ой, ой, самый умный подгреб! – Выражения лица Вадика я не видела, потому что пыталась не провалиться ногой в глубокие, с острыми краями трещины во льду. – Мы с Беллой мимо этой двери ехали, но у нас уже жвачек не было. Она прямо на площади, никого не зашибет. Тихая, под ней даже снег не растаял. Давай быстро по району помотаемся – вдруг дверь у кого-нибудь на кухне? – и под конец туда заедем.

Как ни странно, насчет кухни он почти не ошибся.

Эта дверь запомнилась мне больше всего. Приехав по нужном адресу, мы не смогли найти ее снаружи и с помощью универсального магнитного ключа пошли по подъездам старого дома. В первых двух мы поднимались до верхнего этажа, но ни паники, ни грохота ломающихся перекрытий было не слышно. Зато я выучила, что в здешних квартирах невероятно высокие потолки. Расстояние между этажами было такое, что под конец нашего путешествия по лестницам я готова была молить о пощаде.

Но когда мы зашли в третий подъезд, об усталых ногах я забыла. Квартирная дверь на втором этаже была распахнута, и трещина в полу тянулась из квартиры на площадку, как змея, которая выползает из норы. Мы зашли и оказались в общежитии: длинный коридор, вдоль него комнаты. Несколько мужчин заливали бетоном трещину в истертом паркете, – шириной сантиметров в десять, она грозила разломить их общежитие пополам, как палубу «Титаника». Призрачная голубая дверь, виновница всего шума, мерцала в конце коридора. Мальчик, стоявший около своей комнаты, крепко держал кошку, так и норовившую рвануть к источнику сияния.

При виде нас все, кто еще не толпился в коридоре, высыпали туда из комнат и начали возмущаться работой Стражи, а заодно и пожарными.

— Мы им позвонили, а они говорят – это не к нам, Стражу вызывайте! – сердилась красивая женщина в пижаме. – Вы чем вообще заняты?

Вадик стал голосом профессионального жалобщика рассказывать, как они с ног сбиваются из-за стихийного бедствия, а я прошла по газетам, которыми был выстлан коридор, чтобы никто не наступил в бетон, и закрыла дверь. Наверное, местные жители еще не видели, чтобы это делали с такой легкостью: они окружили меня и начали расспрашивать, как работает мой дар. Даже кошка у мальчика на руках смотрела на меня так, будто ждет ответа. Я так устала, что хотелось только скрыться, но приказу «расскажите» я не могла сопротивляться и начала что-то вяло лепетать.