Книга По ту сторону стены, страница 111 – Эйа Риверголд

— Это все сны… – удивленно шепнула Илис, загребая ладонями мерцающий песок.

— Смотри выше.

Над холмами снов висело гигантское пилисовое око, выточенное руками искусного мастера. Оно умещало сотни обычных сихратовских очей, оно могло видеть миллиарды снов и выплакать океаны грез.

— Кто-то видит сон… – заключила Илис, считая про себя, на сколько лет хватило бы этих снов, променяй она их у Счетовода на еду.

— И как долго этот кто-то их видит?.. – шепнул король.

— Неужели за все это время его не посетили ворцы?

Ворцы. Эти злобные твари служили для Илис напоминанием о потере родителей.

— Неплохо, да? Ты видишь сны сотни лет, и ни единого кошмара… – голос давал шанс герою додуматься самому.

— Ронус… Здесь замешан он? – задумчиво спросила она.

— Илис… думаю, самое время, рассказать тебе начало начал всех снов. На самом же деле то, что принято считать началом, не всегда им является. У любого сна начало – это конец, а продолжение уже додумывается сердцем.

У каждого короля было свое начало. И все начиналось именно с Хонкоме. Так вышло, что однажды оно испугалось и от страха впало в глубокий сон. Королево жило в своих снах чуть ли не двести лет. Когда оно проснулось, все жители, еще не разделившиеся по королевствам, были сильно удивлены, ведь каждый потерял надежду, что оно когда-либо проснется. Но вера сильнее надежды. Королево проснулось. И первое, что оно сказало, было: «Си сиюс». Наверное, другие этого не помнят. И все забыли эти слова и даже не подумали их перевести. Но не я. Я перевел их спустя несколько лет.

Тогда, выйдя из глубокого сна, Хонкоме сказало, что оно боится. Мне пришлось много лет гадать, чего же могло испугаться двухголовое существо ростом едва ли не три метра. Но боялось оно именно того, что стало причиной его спячки. То существо не оставило королево даже в его грезах.

Оно созвало своих слуг и объявило, что хочет услышать заветное желание каждого жителя тогда еще не Грез, а просто Сили… Неба. Люди ожидали, что Хонкоме поможет им осуществить желания всей жизни. Но они не знали, что оно всего лишь выбирало жертв.

Из тысяч человек Хонкоме представило перед народом троих: Норону, Эларис и меня. Оно сказало, что мы поможем им добиться желаемого, а разделение на группы ускорит это. Тогда началось деление: кто хотел богатства – шли за султаном, кто хотел чистоты и красоты – к Эларис, а ко мне шли люди, нуждающиеся в сне. В долгом, непробудном сне.

Хонкоме распределило их по королевствам, дав тем имена: Аточист, Дигень и Ремсть. Сначала всех все устраивало, и каждый находил счастье в своем королевстве. Все больше людей шли в разные дворцы жить своей мечтой.

Однако потом Хонкоме начало само ссылать жителей. Многих оно отправляло в Дигень, не спрашивая их, еще большее количество ссылалось в Аточист, но наибольшая волна захлестнула берега Ремстя. Никто не знал причину, но я догадывался: скорее всего, ссылаемые жители видели кошмары, а оно боялось, что из-за них может увидеть собственный страх.

Жителям это не нравилось. Так же, как и королям. Мы сказали Хонкоме прекратить распределять людей по королевствам без их ведома. Оно лишь улыбнулось и кивнуло. После этого к королям начали приходить люди без памяти. Улыбчивые люди вприпрыжку приходили к нам.