Книга По ту сторону стены, страница 120 – Эйа Риверголд

— ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! – голос выдавливался из гортани. – Я ОТЕМ! У МЕНЯ ЕСТЬ МЕЧТА!

Он медленно подходил к монстру. Хонкоме неохотно слушало его.

— Чем же я могу помочь вам, Отем? – Хонкоме сощурило желтые глаза и обомлело от удивления. – Отем! – ехидно вспомнило оно. – Илис, ты спрашивала, как он попал в Сихрат… – И королево, и старик не были рады встрече друг с другом. – Он относится к числу тех бесчестных, что покинули такое райское место, как Грезы, из-за трусости. Он увидел кошмар, и за это со всей семьей был сослан в подходящее для него место.

Илис сделала шаг вперед. К Хонкоме и Отему. Охранники и братья тоже держали ухо востро, продолжая поднимать каменную дверь.

— Я думал, что ты тогда спасло мою семью от пожара. Я думал, что все произошло взаправду. А… – Отем осекся из-за слез. Воспоминания вдавились в его грудь. – А проснувшись тогда в Сихрате, я думал, что это воспоминания о моей жизни в Грезах… но… – Он с болью закрыл глаза, будто вместо слез плакал битым стеклом. – Но… даже моя жизнь в Грезах была сном… Все спят. Все жители Грез спят… – его сиплый голос сорвался, старик начал дрожать, плечи жалко и судорожно тряслись. – Значит… мы все же видим воспоминания. Только вместо настоящей жизни мы вспоминаем сны… Даже в Сихрате каждый житель видит сон, который он уже видел здесь… Просто добавляется всякая мелочь… – Отем вскипел. Он злился, ярость пробивала ему сердце. – Во сне я видел пожар… Но оказавшись в Сихрате, я не мог понять, как же так: моя семья здорова и цела… Я подумал, может, ошибаюсь, может, мне и вправду привиделось во сне. Но когда Фрис начал лепетать о каких-то необъяснимых ситуациях из своей жизни, которые попросту не могли случиться в Сихрате, тогда я и понял, что здесь что-то не так. Только поэтому я и стал прислушиваться к нему. Только ради правды. Но все это зашло слишком далеко: я снова попал под сны, и мне снова приснились те самые грезы, однако на этот раз, проснувшись, я не застал свою семью. Они стали частью стены, я же убедился во второй раз, что что-то не так… Но не мог понять, что именно…

«Но это значит… – Илис схватилась за мешок кошмаров. К глазам подступали слезы. В ушах зазвенел негромкий добрый смех отца. – Что у людей не было настоящей жизни».

Она побежала к воротам. Охранники и братья почти подняли двери. Илис проскользнула внутрь. Быстрый взгляд промелькнул между ними. Девочка кивнула, словно давая им понять, что все скоро будет хорошо. Она посмотрела на Отема; его слова, что все это он делал лишь ради правды, огорчили ее. Она разочаровалась в старике теперь уже окончательно.

— Ты отняло у людей жизни, усыпив их. Они все видят одинаковый сон, все лежат, спят… Как ты можешь? У тебя нет сердца! – слова сыпались, как горох. Отем горько плакал, но продолжал бросать их.

— Не одинаковые… в том-то все и дело, что неодинаковые… – Хонкоме устало закрыло глаза. Оно словно забыло об Илис. – Начало одинаковое, а конец у всех почему-то разный: одни сгорают, другие живут счастливо, и именно они остаются в Грезах навсегда, а те, чьи сны расстраивают меня, отправляются в Сихрат.

— А как же те, с золотыми мечтами?

— Понимаешь, Отем, я – главный герой. И сначала, чтобы исполнить мечты, я должно услышать, чего они хотят. Однако эти люди… В некоторых мечтах я играю второстепенную роль, из-за чего сон часто становится неконтролируемым. А мое дело – контролировать. Я таких людей изгоняю. Вот и все.