Книга И пришел Король, страница 107 – Илья В. Попов

— Кислота, — произнес Ясу, который, сидя на корточках спиной к Кенджи, рылся в своей сумке. — Сюда сбрасывают всякий мусор — остатки пищи, испорченные ингредиенты, покойников…

— Зачем ты меня сюда привел? — спросил Кенджи, оглянувшись на закрытую дверь. — Мы должны как можно быстрее освободить Белого Лиса с Кумой и уйти…

— О, нет, — Ясу достал что-то из сумы, выпрямился и принялся прилаживать то к лицу; и Кенджи вдруг обнаружил, что его приятель будто бы стал выше едва ли не на голову и чуть уже в плечах; или то дурманил смрад?.. — Эту комнату из нас двоих покинет только один. Или же никто.

По спине Кенджи пробежали мурашки, когда он узнал холодный голос и те знакомые интонации. Но… Как такое вообще возможно?! Неужели все это время… Ясу, а точнее Жнец, ранее принявший его обличие, теперь приобрел истинный облик и развернулся к Кенджи, ухмыляясь ему широким оскалом хання и сжимая в правой руке увесистый посох.

[1] Примерно 200 кг.

[2] Примерно 3,6 л.

[3] Примерно 3 м.

[4] Примерно 50 кв. м.

— Удивлен? — спросил Жнец, явно наслаждаясь реакцией Кенджи.

— Не то слово, — покачал головой он, даже не пытаясь соврать. — Но каким образом ты…

— Превратился в твоего дружка? Очень просто, — Жнец принялся мерить площадку аккуратными шагами. — Для меня, разумеется. Помнишь тварь, что приняла облик того жалкого трактирщика? Признаю — я искренне думал, что уж если она не убьет тебя, то, как минимум, потреплет одного из твоих приятелей. Надежды мои не оправдались, однако я немного изучил создание, перед тем, как оно отправилось в путь, и это помогло мне вывести формулу особого заклинания, что позволяет принять чужой облик. На достаточно долгий срок, но не бесконечный. Для повторного же ритуала требовалась человеческая плоть. Я долго размышлял, как мне незаметно прикончить старика или того увальня — но, к счастью, вы облегчили мне задачу, затеяв драку в кабаке, так что я незаметно ускользнул и на одной замызганной улочке наткнулся на девку, готовую выполнить любое желание за лишнюю монету, — Кенджи припомнил слухи о зверском убийстве, что ходили в Йосайе пред их отъездом. — Наверное, тебе интересно, что случилось с последними членами Ордена?

— Они мертвы.

Сожалел ли Кенджи о смерти Тору, Ясу и прочих Листов? Безусловно. Испытывал ли Кенджи сейчас истинную скорбь? Вряд ли. Он настолько привык к смерти, что ее горький вкус сейчас не заставит даже поморщиться. Хорошо ли это?.. Кто знает.

— Именно, — Кенджи показалось, что под ханней губы Жнеца расплылись в широкой улыбке. — Как и вся твоя семья. И жители твоей деревни. Как ублюдок Сато, Симада, Каташи и еще множество из тех, кого ты знал. Не бойся, довольно скоро ты со всеми ними встретишься. Причем в компании тех недоносков, что ты привел на убой.

Кенджи почувствовал поднимающуюся внутри ярость. Клокочущую, дикую, всепожирающую, словно лесной пожар. Первой его мыслью было кинуться прямо на Жнеца, и… Нет. Думается, он только и ждет, когда Кенджи потеряет голову. Тот же не собирался давать и шанса вывести его из себя.

— Но прежде все, кого ты упомянул, повидаются с твоими предками, — произнес Кенджи; он тоже медленно вышагивал по площадке, так, чтобы Жнец всегда оставался напротив. — Как думаешь, сколь сильно им будет стыдно за единственного потомка, который покрыл их несмываемым позором?