Книга Воровка памяти, страница 46 – Джоди Линн Андерсон

«Может, это к лучшему», – подумала я. Если Джерм не станет вмешиваться, она будет в безопасности. В конце концов, Воровке Памяти нужна только я. Но моё сердце всё ещё переполняла зависть, и как бы я ни старалась, я не могла представить, как смогу справиться с чудовищем без поддержки той, на кого я полагалась всю жизнь.

Мы свернули на нашу подъездную дорогу, и вид леса заставил меня вынырнуть из моих невесёлых мыслей.

Деревья мерцали.

Я не сразу поняла, почему они светятся – их покрывали тысячи светлячков.

— Мам, – прошептала я, вылезая из машины, – смотри.

Она никак не отреагировала, хотя тоже не сводила глаз с деревьев.

Воздух вибрировал со всех сторон от прыгающих и носящихся между деревьями и кустами кузнечиков и стрекоз. Паутина переливалась в лучах фар. А в центре двора, конечно же, сидел на коленях Эбб и что-то шептал стайке мотыльков (обычных, не ведьмовских).

Он повернулся ко мне, и его губы дрогнули в почти улыбке, после чего он поднялся и упорхнул в противоположную сторону.

От сожаления и непонимания у меня сжалось сердце. Я подняла глаза на маму, которая, продолжая смотреть на деревья, выключила двигатель. Я надеялась, что всё это великолепие пробудит в ней что-то, ведь когда-то она во всём умела разглядеть красоту.

— Надо вызвать дезинсектора, – сказала она и направилась в дом.

Внутри Умелица Агата, сидя в кресле, молча что-то вязала. Я разожгла камин, потому что мама поёжилась, но она вскоре, не попрощавшись, поднялась к себе. Я слушала, как она переодевается и готовится ко сну, и вскоре во всём доме стало тихо, не считая тиканья старых настенных часов.

Но тишина продлилась недолго. Снизу донеслось едва различимое бормотание.

Я покосилась на дверь в подвал, и Умелица Агата подтвердила мои подозрения:

— Он здесь.

Меня слегка замутило.

Я долго смотрела на дверь. Мне не хотелось спускаться – но разве у меня был выбор? Я обернулась на лестницу, жалея, что не могу попросить маму сходить со мной, после чего пересекла комнату, морщась от каждого скрипа половиц. Приоткрыв дверь, я дёрнула за шнур, и одинокая тусклая лампочка осветила уходящие вниз ступеньки. Я шагнула в полумрак, чувствуя себя одним гигантским колотящимся сердцем на ножках.

Я не сразу его увидела. Лишь сойдя с лестницы и посмотрев по сторонам, я заметила его в тёмном углу, куда не доходил свет лампы. Его красные глаза горели в темноте угольками, и он потирал руки, будто едва сдерживался, чтобы не броситься на меня и не задушить.

— Мой подвал, – сказал он. – Моё место. Мой дом, мой дом, мой дом.

Я отступила на два шага, но заставила себя остановиться:

— Мне нужно вас кое о чём спросить.

Он уставился на меня, неразборчиво бормоча что-то себе под нос.

— Насчёт больницы. И про ночь, когда я родилась. – Не считая его дёргающихся рук, он не шевелился, просто смотрел на меня. – Вы были там, когда пришла Воровка Памяти.

Ещё секунду он сохранял полную неподвижность, а затем по его лицу расплылась улыбка.

Моё сердце ухнуло вниз, будто к нему подвесили камень. Он знает. Он что-то знает.

— Пожалуйста, расскажите мне, – прошептала я. – Как я спаслась? Что за секрет о ведьмах знает моя мама? Это как-то связано с тем, что я уцелела?

Он тихо хохотнул.

— Почему вы нас ненавидите? – тихо спросила я.