Книга Испытание империи, страница 233 – Ричард Суон

Вонвальт нахмурился и взял в руки Книгу. Он осмотрел ее с таким видом, словно заглядывал в пасть лошади.

— Я взял этот экземпляр из кабинета матре Мартинович в храме Креуса. Хотите сказать, в него внесли правки?

— Я хочу сказать, что не все положения Учения верны. Неманская церковь не придает равного значения каждому ее разделу.

— Значит, вы хотите сказать, что Церковь позволяет вступать в сношения с демонами?

— Нет, я… Прекрати искажать мои слова своими юридическими уловками.

— Хорошо. Я молчу. А вы объясните, допустимо или недопустимо вступать в сношения с демонами. Можете не торопиться.

Клавер замялся.

— Пророчества давно считаются в Неманской церкви апокрифичными.

— И все же они остаются в текстах.

— В качестве курьезов.

— И можно пренебречь любым изложенным в них положением?

— Конечно нет!

— Я хочу знать. Следует ли считать состоятельным в учении Немы фрагмент, который я зачитал.

— Нет.

— Нет, он не состоятелен?

Клавер явно стал путаться.

— Пророчества не верны, нет, многие положения в них. Совершенно не верны.

— То есть, по вашим словам, человек может вступить в сношение с демонами, не будучи при этом вероотступником? Вы не видите в этом противоречия? Вступать в союз с врагами той самой Церкви, которой служишь?

— Я знаю, что ты делаешь.

— И что же я делаю?

— Пытаешься добиться от меня признания.

— Я не пытаюсь добиться от вас признания. Мне не нужно ваше признание. Я пытаюсь объяснить присутствующим в этом зале, каким образом человек, причисляющий себя к святейшим людям в Империи, мог поддержать откровенное, неприкрытое зло и по-прежнему считать себя неманцем. Считать свою миссию священной, а себя – хорошим человеком.

— Я не вероотступник.

— Самый что ни на есть. В соответствии с Забриилом.

— Забриил был дураком! Не нужно придавать значения Пророчествам.

Вонвальт побарабанил пальцами по обложке книги.

— Хорошо, патре. Тогда позвольте задать такой вопрос. Вы считаете себя приверженным Книге Креуса?

— Само собой.

— Учению Немы?

— Да.

— И Савара?

— Да!

Вонвальт раскрыл книгу.

— Это выдержка из «Писем святого Креуса». Полагаю, вам знакома и эта часть Учения?

— Да!

— Эта часть не относится к так называемым апокрифам?

— Нет, – сказал Клавер, на этот раз осторожнее.

— Вам известно, что сказано в письмах?

— По большей части. Я не обязан помнить наизусть всю книгу.

— Тогда позвольте освежить вашу память. – Вонвальт прокашлялся. – Из письма святого Креуса к Гизельберту. «Ты слышал молву, что во владениях ангелов и демонов нет разделения, что в священном царстве слова и учения всех созданий имеют равный вес. Но я скажу тебе, тот, кто обитает во владениях Казивара, кому хорошо знакомы камни Разбитой Тропы и кто пировал в Чертогах Преисподней, слова его должно отвергнуть как яд, душевную язву, моральный упадок, ибо ни один человек, кто истинно внимает заповедям Немы, не способен, взвесив их слова, усмотреть в них благо. Такой человек будет отлучен от небесного света и погрязнет во зле. Я зову тебя отступником. Я нарекаю тебя еретиком за то, что ты вкусил этого зловонного вина и осквернил им свою душу». Звучит знакомо, не правда ли?

Клавер так скривился от злобы, что казалось, готов был сплюнуть на стол.

— По-вашему, человек, который крадет, изучает и использует запретные и незаконные магические средства, чтобы призвать и вступить в союз с демоническим существом, известным как Рамайя Прародитель, может считаться праведным?