Книга Сыны Тьмы, страница 312 – Гурав Моханти

Кришна заставил себя продолжать. Здесь не было никакой политики. Никаких интеллектуальных игр. Никакого ожидания.

— Сатья! – закричал он. Дико и варварски он рычал и толкался, падал на колени и поднимался, рубил и колол. Повсюду сражались мужчины и женщины, кричали, размахивали клинками и выпускали стрелы. Сквозь это безумие он услышал голос Балрама:

— Выталкивай их за яму! За провал!

Но у Кришны были другие заботы. К этому времени круг вокруг него уже разорвался. Часть солдат уже были мертвы. Часть битва разнесла по разным местам. Толпа стала слишком плотной. Уже было меньше драк и криков, но больше толчков и ворчания. Он увернулся как раз вовремя, чтобы спастись от матхуранского всадника, который яростно размахивал своим моргенштерном, попадая и по матхуранцам, и по грекам. Лишь после того как он проскакал мимо, Кришна увидел, что череп мужчины расколот, как арбуз. Яма сегодня будет занят.

Кришна ахнул, получив сильный удар по щиту, отшатнулся, и щит почти выпал из его руки, но прежде чем Багряный Плащ пронзил его, в грека врезался матхуранец. Они упали на землю, в убийственной ярости сцепившись в грязи. Оглушенный Кришна упал на колени, кровь стекала ему в глаза и по лицу. Край его собственного щита ударил его по лбу. Боевой жар начал спадать. У него болела голова. Его доспехи внезапно стали очень тяжелыми. Сама мысль о битве внезапно показалась нелепой. Что на него нашло? Он был генералом, а не каким-то глупым теленком. Ему следовало сидеть на крыше дома, давать указания, командовать, а не сражаться в гуще событий, рискуя собственной жизнью.

Он поднялся, медленно поднимая свой меч. Он вспомнил слова Канса: Никогда не пытайся укротить быка, схватив его за рога, если можешь укротить его, схватив за хвост.Даже если этот совет дал враг – он был хорош. Кришна лениво ударил ножом в спину грека, все еще катающегося по земле с матхуранцем, не заботясь о таких вещах, как честь и кодекс, а затем помог матхуранцу встать.

— Моя благодарность, солдат. А теперь беги к Сатьябхаме и скажи ей…

— Умри!

Череп солдата, с которым разговаривал Кришна, разлетелся от удара топора, а затем нападавший с такой силой ударил самого Кришну щитом, что у правителя Матхуры зазвенело в ушах. Только не опять по голове!Кришна увернулся от удара, как храмовый танцор, нелепо размахивая руками, и его меч случайно рассек шею грека до самой кости.

— Сам умри! – только и успел сказать Кришна, падая на землю, истекая кровью из двух ран на голове и чувствуя, как на него надвигается чернота.

Дуновение холодного ветра мягко коснулось его щеки. Кришна обратил угасающее внимание на Железного Коменданта. Последнее, что он увидел, был Каляван, проходящий через дыру: длинные волосы стянуты сзади веревкой, меч на плечах, как коромысло доярки, руки небрежно перекинуты через клинок. Перекрывая вопли умирающих и крики раненых, он возвысил голос:

— Я здесь, друзья мои!

Алые плащи окружили его, их щиты сомкнулись, готовясь перехватить любую шальную стрелу. Из их глоток вырвался леденящий кровь боевой клич:

– Хау-у-у!

ШИШУПАЛ почувствовал, как по коже побежали мурашки, когда греческие боевые кличи полетели над улицей, эхом разносясь по зданиям, как призрачные голоса. Он наконец увидел мальчишку, который предал императора, решив самостоятельно захватить Матхуру. И который вместо того, чтобы ждать, пока его армия уничтожит матхуранцев, сам вышел на поле битвы. Как и любой герой, он был слишком театрален.Каляван не лишен мужества, это точно. Или, по-видимому, навыков.