Книга Сыны Тьмы, страница 342 – Гурав Моханти

В этот момент Каляван, кряхтя и ругаясь, встал. А затем разом произошли три вещи. Каляван взмахнул мечом, с его губ сорвался крик. Мучук Унд коснулся щеки девушки кинжалом. И Серебряная Волчица резко открыла глаза, ее зрачки расширились, словно взорвавшись изнутри.

Каляван резко остановился, как будто наткнулся на невидимую стену. Руки все еще были вскинуты, но его тело вдруг начало светиться изнутри, как тлеющий уголь, готовый взорваться в любой момент. Из глаз Калявана полился свет, по рукам, ногам, щекам поползли светящиеся трещины…

Каляван закричал.

Кришна улыбнулся.

Сатьяки в ужасе дернул его за руку, мешая в полной мере насладиться местью:

— Мы должны уходить! Все разваливается на части. Проклятье, это что там, ревун? Я достану его до того, как он взорвется.

— Нет, – сказал Кришна. – Оставь его.

ШИШУПАЛ обнажил меч. Прямо за сломанной дверью, которая болталась на вывернутых петлях, перекрикивались мужчины. Трус переживает тысячи смертей, храбрый же умирает лишь раз, как сказал однажды поэт. Хотя, если говорить честно, все это просто куча дерьма. Он знал, что он храбр, и знал, что умрет с мечом в руках. Но это не означало, что он не был близок к тому, чтобы наложить в штаны, и, чтобы хоть как-то укрепить свою душу, он вспомнил о том, что случилось с госпожой Рашей, и почувствовал прилив гнева.

— Не могу поверить, что нам именно сюда было поручено доставить наши клинки, – протянул чей-то голос. Санскрит странно звучал из уст незнакомца.

Тяжелые шаги приблизились.

— Да, город похож на свалку. Император не смог победить это? – с неподдельным удивлением спросил второй мужчина. – Но, раз уж мы взялись за оружие, может быть, нам стоит отправиться на юг. Я слышал, что южные женщины более свободны в своих поступках. Я бы не отказался пройтись парадом победы и оказаться в объятьях благодарной девушки.

— Да пусть он хоть в канаве потонет, этот юг! Мне все равно, – произнес первый голос. – Это не весело! Такое чувство, будто эти млеччха слишком устали, чтобы даже просто поднять мечи. И где те, кого мы были посланы спасти?

Шишупал замер. Спасти?

— Мы найдем их. Впереди еще долгий путь.

Собеседники отправились прочь, и их голоса удалились. Стоило их шагам стихнуть, и Шишупал кинулся вверх по лестнице. Что они имели в виду под спасением?Эклаввья сидел на полу у кровати, на которой спала госпожа Раша. Не обращая на них обоих никакого внимания, Шишупал ворвался на террасу. Луна то появлялась, то вновь исчезала меж летящих по небу облаков. И в мерцающем лунном свете он смог разглядеть знамена – красного орла, парящего на штандартах. Он не мог в это поверить.

Хастина наконец-то прибыла!

Он схватил подзорную трубу Эклаввьи и повернулся к Третьей Сестре – вернее, к тому, что от нее осталось. Армия Хастины ударила в спину грекам, атаковав измученных, потрепанных в боях Багряных Плащей. Люди в доспехах, на покрытых бронею конях, кололи и рубили орущих греков. Оставшиеся в живых, вновь обретшие надежду матхуранцы сражались пешком, их лошади были повержены.

Это была не битва, это был разгром. У греков не было ни единого шанса. Многие Багряные Плащи с готовностью сдались. Матхуранцы устало и радостно закричали, принявшись обнимать своих союзников из Хастины, – как будто они их спасли.