Книга Сыны Тьмы, страница 92 – Гурав Моханти

И эта же инерция и привела его на этот корабль. По какой-то причине Дурьодхана доверил ему убедить лорда Пракар Мардина, бывшего Верховного Магистра Анги, уступить свой титул ему, Карне, недавно назначенному Верховному Магистру Анги. Дурацкое поручение.Мардины были Верховными Магистрами столь долго, что этот титул стал для них почти наследственным. Он знал, что Мардины возвели порт Тамралипта в те дни, когда еще носили Лебединую Корону и правили почти как цари. Но теперь Тамралипта входила в Хастину, стала ее окном на Золотые острова и торговлю слоновой костью в Калинганском море.

Итак, учитывая, что Дурьодхана назначил Карну, решта, новым Верховным Магистром, можно было понять, почему Мардины устраивают беспорядки и забастовки. И именно поэтому для Карны это поручение очаровать Мардина было равнозначно попытке убедить мужчину отказаться от своей жены. Он знал, что раньше уже были такие случаи, но совершенно не представлял, какие слова стоит использовать.

Вдобавок все усложняло то, что Шакуни, глава шпионской сети Союза Хастины, посоветовал ему путешествовать под псевдонимом Арадх – чтобы защитить его от внимания правых фундаменталистов в Анге, у которых также были большие сомнения по поводу его назначения Верховным Магистром. Впрочем, Карна и сам сомневался в этом решении. Пусть однажды он и смог отбиться от семерых бандитов всего лишь охотничьим ножом, но при использовании политических кинжалов он был примерно столь же искусен, как жаба, жарящая омлет.

Но богомол идет путями, которые непонятны обычным людям.

Ибо, когда с помощью небольшого количества жидкой храбрости Карна наконец подошел к Пракар Мардину, выяснилось, что его не нужно было убеждать. Он, по-видимому, был удовлетворен взяткой, предложенной Шакуни. Сказать, что Карна был удивлен, значит не сказать ничего. Его воинский инстинкт предупреждал его быть осторожным. Тем не менее он был доволен, что все разрешилось, и был счастлив, что остальная часть путешествия пройдет без неловких инцидентов.

По крайней мере, он так думал до тех пор, пока не встретил Калу. У него не было ни единого шанса устоять перед ее серо-голубыми глазами, ее смуглой кожей, ее мускулистыми руками, ее упругой грудью, ее манерой говорить. А также тем, что ее не волновала метка решта на его шее. Она научила его всему в постели, делая так, что Карна стремился в свою очередь доставить ей удовольствие. Ему нравился ее свежий запах и завитки ее рыжих волос. Он был влюблен в ее мозолистые руки. Он целовал ее пальцы и придумывал забавные истории о каждом из них – а она смеялась. Раньше ни одна женщина не смеялась от его рассказов. Если задуматься, вся эта неделя была для него посвящением в настоящие мужчины. Хотя он бы предпочел, чтобы она перестала называть его Ягненком.

Но по мере того как проходили дни, он становился все печальнее. Он знал, что с каждым долгим поцелуем, каждым прикосновением их плоти они отдавали друг другу осколки своих сердец – ведь больше они никогда не увидятся. Кала говорила, что женщины на юге ведут себя по-особому, но ведь сплетение тел было священным актом во всем мире?

Ему нравилось быть с ней. Может быть, если бы он не усыновил сына своего брата, если бы не был в долгу перед Дурьодханой, если бы ему не нужно было выполнять обещания… Может быть, тогда он мог бы поступить с Калой правильно. Возможно, он мог поступить с ней правильно и сейчас.