Книга Клан Северин, страница 84 – Василий Сахаров

Тем временем, пока мы общались, некоторые студенты, употребив непомерно большие объемы хмельных напитков, стали падать под стол. Они хоть и чародеи, но каждый организм имеет свой предел. Это послужило знаком, что нам пора уходить и мы, помогая потерпевшим поражение в битве с «зеленым змием» товарищам потянулись к выходу.

«Завтра еще поговорим», — услышал я очередное послание Сирамихиса, когда покидал пещеру.

«Обязательно», — отозвался я и побрел к автобусу, который доставит нас в гостиницу.

В своем гостиничном номере я оказался в четыре часа утра. Спать пока не хотелось и, рухнув на постель, я потянулся к пульту управления терминалом связи. После чего вошел в Глобал, включил круглосуточный новостной канал и сразу же сюжет из столицы. Моложавый журналист крутился возле входа в развлекательный центр «Радуга» и в прямом эфире вел репортаж:

— Как вы можете видеть, сейчас все спокойно. Однако внутрь, где идут следственные действия, никого не пропускают, и я напомню телезрителям, которые к нам присоединились, что несколько часов назад здесь произошла ужасная трагедия. Через черный ход в зал «Выше звезд», где отдыхает столичная элита, ворвалась группа хорошо вооруженных злоумышленников. Как позже установила полиция, это был объявленный неделю назад в розыск известный преступный авторитет Бираб Горхания по кличке Биба Лысый. Он и его люди целенаправленно вышли к кабинету, который занимали молодые студенты академии «Эршвер», и открыли огонь. Стрельба велась из автоматического оружия и прежде, чем успели вмешаться телохранители и охрана, преступники убили шесть человек и еще трое получили тяжелые ранения. Затем они скрылись. Объявленный полицией план «Периметр» результатов не дал.

— Алексис, а что говорят свидетели? — спросила журналиста ведущая новостного блока.

— Ираида, нам удалось поговорить с девушкой, которая чудом уцелела в этой бойне.

На экране появилась запись, испуганная светловолосая девчушка в ярком красном платье и следами слез на щеках. Это Альбина Гетти, второкурсница академии «Эршвер», за безопасность которой беспокоился Лайон Каронит.

— Расскажите о том, что произошло, — обратился к девушке журналист.

С трудом сдерживая очередной поток слез, Альбина быстро зашептала:

— Я не знаю… Не знаю… Мы просто отдыхали… Ни с кем не ссорились… Никого не беспокоили… Говорили о своем и веселились… А тут на инком позвонили и сказали, что возле входа меня ждут… Я вышла из кабинета… И за спиной стрельба… Крики… Обернулась… И больше ничего не помню… За что нас так? Почему? Как?

К Альбине подскочил крупный мужчина в полицейской униформе, приобнял ее за плечи, вскинул руку и обратился к журналисту:

— Все! Прекращайте! Никаких комментариев! Это свидетель!

Я выключил терминал и отбросил в сторону пульт. Кажется, операция по устранению братьев Штек и других моих недоброжелателей в академии прошла успешно. Теперь остается только дождаться доклада от Рудольфа Явата.

— Дзинь! — вторя моим мыслям, подал сигнал инком.

Пришла гранка от Явата:

«Все в порядке. Заказ выполнен. Отдыхаем».

— Вот и отлично, — негромко сказал я сам себе, не вставая с постели, скинул туфли, а затем провалился в крепкий спокойный сон без сновидений и кровавых мальчиков.

Архимаг Аристид Эмери склонился над столом и обычной шариковой ручкой делал запись в толстой тетради, которая была обернута потертой кожаной обложкой и имела весьма затрапезный вид. Буквы складывались в слова, а они в свою очередь в предложения и абзацы, которые передавали внутренние переживания и сомнения чародея: