Книга Корона Ксилара, страница 79 – Лайон Спрэг де Камп

— Всего лишь небольшая иллюзия, – отозвался Карадур. – Ее хватило, чтобы остальные двое негодяев обратились в бегство. Леди Маргалит, одно я скажу наверняка: если вы станете проводить много времени в компании Джориана, скучать вам не придется. Жизнь по соседству с ним – цепь опасностей, одна страшнее другой.

— Не знаю, почему так, – сказал Джориан жалобным тоном. – Я миролюбивый человек, который не просит от судьбы ничего, кроме возможности честно зарабатывать на жизнь.

— Может быть, – предположил Карадур, – ты родился в день, посвященный новарскому богу войны… как его зовут?..

— Герикс, но я был рожден не в его день. – Джориан снял корону, на которой меч Альдола оставил глубокую зазубрину. – Эта штуковина спасла мой котелок, точь-в-точь как давеча твой тюрбан. Не думаю, что зарубка сильно уменьшит ее ценность.

Маргалит восхищенно воскликнула, глядя на корону:

— Джориан, ты уверен, что хочешь расстаться с ней в обмен на Эстрильдис?!

— Разумеется, уверен! – фыркнул Джориан. – Именно это я говорил, разве не так? – Он взглянул на мертвого разбойника. – Надо бы оттащить этого негодяя подальше, чтобы на труп не слетелись стервятники. Все равно от жары он скоро завоняет.

— Джориан! – сказал Карадур. – Прежде чем ты утащишь тело, не следует ли сообщить об убийстве надлежащим властям?

— Кому именно? – спросил Джориан.

— Мы сейчас в Оттомани или в Ксиларе?

Джориан пожал плечами:

— Здесь, на юге, граница никогда не была точно проведена. Будучи королем Ксилара, я пытался убедить оттоманцев создать совместную пограничную комиссию. Но они заподозрили какое-то жульничество и ссылались на столько затруднений, что я сдался. По правде говоря, эти места никому не принадлежат, а следовательно, и властей здесь нет.

Он отобрал у покойника кошелек и оружие, поднял его на плечи и отнес назад по тропе на десятую долю лиги, где бросил тело, и вернулся к фургону.

В течение этого дня и всего следующего фургон был раскрашен яркими цветами и астрологическими символами. Джориан побрился, и они с Маргалит выкрасились в темный цвет.

Когда настал черед Маргалит краситься, она сказала:

— Джориан, прошу тебя, уходи куда-нибудь и поохоться. Я не хочу, чтобы ты смотрел на меня, пока отец Карадур будет красить мое тело.

Джориан усмехнулся:

— Ну, если ты настаиваешь… Хотя он тоже мужчина.

— Он слишком стар, чтобы мне стыдиться его так, как тебя. Ты же знаешь волшебников; вероятно, ему не одна сотня лет.

— Люди любят преувеличивать! – проворчал Карадур. – Верно, я несколько увеличил срок своей жизни аскетизмом и оккультными искусствами, но ста лет мне еще не исполнилось.

— Не знаю, живут ли волшебники много веков, – произнес Джориан, – но, без сомнения, их жизнь, лишенная развлечений, кажется очень долгой. Поздравляю, доктор! Ты в девяносто с лишним лет выглядишь на какие-нибудь семьдесят!

— Не дразни меня, дерзкий мальчишка! – сказал Карадур. – А теперь бери арбалет и подстрели зайца или кого-нибудь, пока я буду преображать облик леди.

На следующее утро они выехали на главную дорогу из Оттомани в Ксилар. Карадур принял имя Мабахандулы, которым он пользовался раньше. Он хотел дать Джориану какое-нибудь похожее многосложное имя, но Джориан отказался, заявив:

— Я и твое-то имя с трудом запоминаю. Не получится ли глупо, если меня спросят мое имя, а я забуду?