Книга И она поблагодарила богов, страница 153 – Юсси Адлер-Ольсен

— Милая моя Бетти, я консультант по маркетингу. Хорошее образование приносит хорошие деньги. Тебе тоже стоило бы попробовать. — Она бросила на прилавок последнюю купюру, округлив сумму до четырехсот гульденов. — Сдачи не надо, — с торжеством добавила она.

Бернадетт передернуло с той самой секунды, как ее назвали старым именем, и она молча протянула Никки чек.

Никки долго крутилась перед зеркалом с фацетом в спальне, и то, что она видела, ей определенно нравилось. — Вот увидишь, подруга, когда Петер де Бур увидит тебя в этом наряде, все пойдет как по маслу, — проворковала она своему отражению.

После этого она спрятала сберкнижку под плитку в кладовой и принялась за остальные дела, наделав при этом кучу глупостей.

Сначала она позвонила в «М-Консалт» и попросила к телефону Марка де Виреса. Как она и ожидала, ответил тот самый смуглый мужчина, за которым она вчера следила на такси до Харлема. Никки тут же бросила трубку.

Теперь она по крайней мере знала, где живет ее заклятый враг и как он выглядит.

Затем она набрала Петера де Бура на мобильный и задала ему несколько вопросов о том, что ей разрешено и чего нельзя делать в рамках сбора информации о «М-Консалт».

Он был в Копенгагене, и ее вопросы явно не прибавили ему приятных эмоций в поездке. Под конец она совершила величайшую глупость: намеренно не стала советоваться с ним по одному весьма важному делу — делу, реакцию на которое она предпочла бы не знать.

Вместо этого она спросила о погоде в Копенгагене и пожелала хорошей поездки. Она ничего не сказала ему ни о вчерашней слежке, ни о встрече с Бергфельдом у офиса де Виреса на площади Дам. Об этом она расскажет позже, когда разузнает побольше.

Повесив трубку, она еще долго вспоминала его голос.

Блокнот перед ней оставался чистым. У нее была лишь одна зацепка:

«Мерксем Консалт».

В реестре юридических лиц подтвердили существование этой компании. Собственный капитал составлял четыре миллиона бельгийских франков. Никки прикинула в уме: выходило около 220 тысяч гульденов.

Владельцем фирмы, что неудивительно, значилась «М-Консалт». Никки записала номер телефона и юридический адрес, который в точности совпал с адресом виллы в Харлеме, а вовсе не с роскошным офисом на центральной площади Амстердама, как она предполагала.

Сферой деятельности компании значилось «приобретение прав», а фамилия де Вирес упоминалась лишь однажды. На этом первая ниточка оборвалась.

Она зашла в интернет и вбила в поисковик слово «Мерксем». Ответ оказался вполне однозначным:

Мерксем — это бельгийский город, точнее, один из центральных районов Антверпена со своим мэром и почетным званием за особые заслуги перед городом, которое в том году получил некто Гастон Бергманс, кем бы он там ни был.

Она призадумалась. Означало ли это, что Марк де Вирес — бельгиец? Были ли едва заметные особенности его выговора признаком фламандского диалекта, или он уже так давно обосновался в Голландии, что растерял все следы своего происхождения из портового бельгийского мегаполиса?

Об этом интернет, разумеется, умалчивал.

Она продолжила поиски с удвоенным упорством. Никаких следов деятельности смуглого господина в Бельгии не прослеживалось. Если хоть что-то и связывало имя Марка де Виреса с их южными соседями, то для поиска этих зацепок ей требовалась помощь профессионалов.