Книга И она поблагодарила богов, страница 205 – Юсси Адлер-Ольсен

Преодолевая жуткую боль, она сумела выпрямиться и с ужасающей ясностью поняла, что этот человек собирается изнасиловать её, а затем убить.

И преступление, и мотив — всё в одном; такое случалось и раньше. Взывая к небесам о помощи, она попыталась ударить его коленом в пах, но он предугадал ее движение. Он разорвал на ней блузку и с такой силой рванул холщовые брюки, что заклепанная пуговица отлетела. Он крепко сжал ее сонную артерию, так что она едва не лишилась чувств, а другой рукой стянул бюстгальтер, обнажив грудь, больно ущипнул за сосок и несколько раз толкнул спиной на таксофон. Все происходило молниеносно. Никки хотела закричать, но не могла, а боль в позвоночнике заставила ее выгнуться назад. Он отпустил ее шею, сдернул брюки наполовину вниз, запустил руку в трусики, а другой расстегнул ширинку.

На этот раз ей удалось задеть его коленом в пах, но удар вышел неловким и слабым. — Я тебе шею сверну, сука, — прорычал он и нанес ей сильный удар по лицу, от которого она едва не отключилась. Падая вперед, она наполовину вытолкнула его из будки.

Детские крики неподалеку заставили мужчину тут же втиснуться обратно в будку и спешно заправить полуэрегированный член в брюки.

Удерживая ее за волосы, чтобы она не упала лицом вниз, свободной рукой он потянул ее связанные скотчем руки вниз и завел их между ног. Затем схватил телефонный провод и намертво обмотал им ее запястья.

Когда он наконец отпустил ее волосы, она оказалась в унизительной позе: будто оседлав собственные руки, без возможности сдвинуться вперед или назад, не говоря уже о том, чтобы увидеть, что происходит вокруг. Любая воля к сопротивлению и способность оценивать обстановку покинули ее.

Затем он втиснулся сбоку и мертвой хваткой вцепился ей в голову.

Этот захват был Никки уже знаком, поэтому она напрягла мышцы шеи изо всех сил.

Когда ей было двенадцать, она попыталась встать между отцом и Беа, и грубая, решительная реакция отца пришлась на ее позвоночник. С тех пор она никогда не пробовала ничего подобного, надо признать.

Понадобился визит к мануальному терапевту, чтобы вправить шейные позвонки; она тогда дрожала от страха и чувствовала себя совершенно беспомощной, когда он обхватил ее голову и с адским хрустом повернул ее на место.

Именно в тот момент, когда врач делал это, она вспомнила жуткую сцену из документального фильма о Нюрнбергском процессе, который один из учителей показал их классу. Учителя тогда уволили, и это было понятно, ведь в той сцене показывали бесстрашную собранность, но и глубокое возмущение главнокомандующего гитлеровской армии генерала Йодля перед самым тем моментом, как его сбросили в петлю с этого странного эшафота в гимнастическом зале в Нюрнберге.

Все ее мысли тогда крутились вокруг этого предвещающего смерть хруста шейных позвонков.

После того визита к мануальному терапевту она долго училась имитировать этот звук, который в конце концов научилась воспроизводить невероятно реалистично, с силой проталкивая воздух между языком и гортанью, и со временем могла делать это даже с плотно закрытым ртом.

Этим звуком она какое-то время развлекала завороженных одноклассников, и именно этот звук она теперь, в этот решающий миг, когда палач обхватил ее череп и с силой крутанул его в сторону, издала чисто инстинктивно.