Книга И она поблагодарила богов, страница 249 – Юсси Адлер-Ольсен

— Вы сегодня допоздна работаете? — крикнула она одному из таких умельцев — пожилому седому мужчине в буром комбинезоне, который наполовину залез в обитый железом деревянный ящик размером с легковушку.

Тот буркнул что-то в ответ — видимо, давая понять, что рабочий день давно окончен.

— Вы не знаете, что стало с мастерской Кёйпера, которая вон там находилась?

Мастер вылез из ящика.

— Кёйпер? — Он утер нос засаленной черной рукой. — Тогда тебе туда.

Он указал на группу строений, обшитых шифером, крыши которых виднелись парой кварталов дальше.

Вывеска занимала чуть ли не пол-улицы, а скромное провинциальное название «Автомастерская Кёйпера» сократилось до лаконичного «Кёйпер». Здание выглядело внушительно — метров сорок в длину, и, несмотря на позднее время, в нескольких окнах горел свет.

— Мы уже закрыты! — крикнул голос из глубины помещений, стоило звякнуть дверному колокольчику.

— Я не покупать! — крикнула в ответ Никки.

Из кабинета вышли две женщины, прошли за стойку, даже не взглянув на нее, и скрылись в одном из соседних отделов, где лампы дневного света заливали все ярким сиянием.

Около пяти минут она стояла там, недоумевая, какого черта она здесь делает и почему просто не уйдет.

Ведь она могла просто показать счет Петеру. Что еще добавлять? Неужели ей требовались стопроцентные гарантии? Или она все еще сомневалась?

В тот самый момент, когда она уже решилась уйти, перед ней вырос мужчина лет шестидесяти. Судя по изрядно потертому бейджу на лацкане, это был сам хозяин заведения. На карточке значилось: «К. Кёйпер».

Он покорно взял бумагу, долго рассматривал ее, словно на него нахлынули призраки прошлого, а затем вернул с хмурым видом. — Да, я отлично ее помню, — произнес он.

По спине Никки пробежал холодок. — Откуда... откуда такая память? — пролепетала она. — Я имею в виду, спустя двадцать четыре года.

— А вы кто будете? — спросил он. Его карие глаза смотрели дружелюбнее, чем звучал его голос.

— Кто я? — Никки глубоко вздохнула. — Я люблю человека, который винит себя в гибели Яапа де Бура и его жены. Тех самых, что разбились на машине, в которую вы в тот день доливали тормозную жидкость.

Он кивнул: — Яап де Бур и его жена. Да, я знаю. Прочитал об аварии в газете на следующий день.

— Почему вы запомнили этот счет, господин Кёйпер?

— Я помню его потому, что его вообще не следовало отправлять. И еще потому, что эта катастрофа, увы, не стала для меня неожиданностью.

— Что это значит?

— Прочитав об аварии, я решил, что выставлять счет глупо. Кто бы его оплатил? Но все же отправил его — жена настояла, она у меня строга к таким вещам. — Он усмехнулся. — Наверное, поэтому наша контора с годами и разрослась. В общем, счет я отправил. И запомнил его главным образом потому, что его оплатили.

Никки представила себе озлобленное лицо изнуренной женщины и кивнула.

— Раз по тому адресу кто-то решил расплатиться, я, конечно, спорить не стал, но это явно не могли быть ни господин де Бур, ни его супруга. Помню, я тогда знатно удивился.

Никки это как раз не удивляло. Вот как Мари тен Хаген хранила свой секрет. Просто оплатила счет и спрятала его. — Вы сказали, что авария не стала для вас неожиданностью. Почему? — спросила она. — С машиной было что-то не так, помимо тормозов?