Книга И она поблагодарила богов, страница 287 – Юсси Адлер-Ольсен

— Кажется, я нашла ящики, Петер. Представляешь? — взволнованно произнесла она.

— Спроси ее, где она, — прошептал Абабакия, сильнее прижав нож.

— Где ты? — спросил он так тихо, чтобы голос не сорвался.

— В Маркене, как договаривались. Что-то стряслось, Петер? — Ее голос становился все тише — в старом мобильнике садилась батарея.

Дыхание Абабакии, горячее и влажное, коснулось его щеки: — Скажи, чтобы ждала тебя на пристани.

Петер кивнул и заговорил быстро, стараясь успеть, пока связь не оборвалась: — Что-то случилось? Да нет, все в порядке. Никки, послушай! Потрясающе, что ты их нашла. Жди меня в порту, я приеду так быстро, как смогу.

У Петера екнуло под ложечкой, когда они попрощались и Абабакия нажал отбой.

— Только попробуйте ее тронуть! — прорычал он, когда лезвие ножа отодвинулось от его горла.

— А не то что?.. — ухмыльнулся Абабакия, и его брови на загрубевшем лице поползли вверх.

В подсобку влетел парень, которого отправляли проверять россказни Петера. — Его никто не знает в этих газетах. Он никогда для них не писал, ни единой строчки!

— Вот как? — Абабакия расплылся в еще более широкой улыбке. — Странно. — Он повернулся к остальным: — Тут у нас парочка трусливых прихвостней Саддама напрашивается на прогулку в канал. Кто хочет прокатить их?

— Иракцы-то? — вмешался кто-то. — Да они уже смылись.

В эту минуту Петер почувствовал себя обреченным. Он мысленно видел лицо Никки, теплое и нежное, каким оно было сегодня ночью. Знакомое, жгучее чувство бессилия и собственной никчемности заставило его потупить взор.

— Не понравилась ему эта новость, — хмыкнул кто-то.

Затем они поехали на нескольких машинах. Темный, относительно новый автомобиль пристроился к их колонне, как раз когда они сворачивали на Мидденвег.

Петер молился, чтобы это был Рэндольф Фишер, который наконец-то получил его послание.

Ранним субботним утром на площади перед собором в Харлеме начали устанавливать рыночные палатки, на что люди Рахмана ворчали. По их словам, это загораживало обзор, но в остальном Рахман полностью контролировал ситуацию.

Когда Петер де Бур покинул квартиру Никки Ландсаат, двое из его людей последовали за ним, а теперь их пост сменил другой человек. Ничто не должно быть оставлено на волю случая или хитрости Петера де Бура — Рахман лично об этом позаботится.

Он посмотрел на часы. Около получаса назад одна из их внештатных сотрудниц, вполне ассимилировавшаяся студентка университета с курдскими корнями по имени Лина, была отправлена в Бейлмермер, чтобы предупредить некую Мерьем Солиман и ее сына Джалала об израильском агенте, действующем под именем Петер де Бур. Ухоженный мужчина типично голландской внешности, обычно в сопровождении высокой экзотической женщины. Рахман улыбнулся. Это предупреждение точно заставит курдское семейство заговорить. Они выложат Лине все — он знал ее дар убеждения, — а затем она отчитается перед ним о результатах встречи.

Да, повод для улыбки был. Петер де Бур ничего не сможет от них скрыть.

Было еще только начало десятого утра.

Рахман спустился в пристройку подвала и убедился, что все в порядке.

В этот момент на кухне напевала его жена, а сын в своей комнате играл в «Мариоленд» на Нинтендо — из комнаты доносился целый ворох писков, гудков и регулярных победных криков. Все было хорошо, как и должно быть в субботу. И тут зазвонил телефон.