Книга Доктор Аддер, страница 97 – Кевин Уэйн Джеттер

Сеть сенсоров, соединяющих мою нервную систему с перчаткой, в действительности выступает сильно упрощенной версией той сети, с которой все это время возилась девчонка. Когда эти сети достаточно сблизились, когда ее рука физически ухватила поверхность перчатки, возник мост – канал контакта, аналогичный мостику между ее организмом и телевизором. Перчатка превратилась в электронный интерфейс взаимодействия наших нервных систем. Сигналы сенсоров перчатки передаются в мой мозг таким образом, что я воспринимаю их по аналогии с моими врожденными чувствами, в частности зрением и слухом. Первым делом она освоила аналог слуха – это и был тот голос. Несколькими минутами позже она уже транслировала мне через перчатку по визуальному каналу.

С тех пор как ее отец умер, никто из живых людей не вступал в контакт с ней – пока не появился я. Персонажи ситкомов были разграничены с нею – они существовали в компьютерных базах и видеоаппаратуре. Она узнала, кто я: сличила с информацией из сети. Она скорее заинтересовалась, чем испугалась; спустя некоторое время я начал улавливать в ее реакции признаки неизбежного благоговения, хотя мне даже сейчас непонятно, в какой мере ее впечатлила информация из баз данных, а в какой она имитирует поведение моих фанатов.

Она забросила телесеть и полностью перешла на беседы со мной. Квазивизуально она являла себя юной девушкой – не грязным и тощим несчастным созданием рядом, судорожно сжимавшим перчатку, но той, какой могла бы стать… в других обстоятельствах. Наверное, она смоделировала этот образ по мыльным операм. Я долго не осознавал, что нормальное восприятие хода времени начало восстанавливаться. Я общался с ней и рассказывал все, что мог, про ту часть мира, в какую ей не было доступа прежде. Не выпуская моей металлической руки, она тянулась в сторону, к телевизору – впечатляющее, должно быть, зрелище: слепая девушка раскидывает руки между кататоником на диване и телевизором, словно на странном сеансе у медиума. Она провела меня по телесети, по проводам, в компьютерные базы и аппаратуру станции телевещания округа Ориндж; и я сам увидел то, о чем она мне рассказывала. Там, в глубинах сети, я действительно обнаружил нечто крайне интересное, но долгое время не мог осознать его подлинного значения – и остался лежать неподвижно на диванчике в Крысином Городе, говоря с Мелией без слов, позволяя старухе кормить меня и подтирать задницу, пока не постиг, что же на самом деле это все сулит мне.

Наконец я встал с дивана. Мышцы заныли от внезапно обрушившейся нагрузки; старуха увидела это и рухнула на пол, извиваясь и протестующе вопя. Я поплелся к телевизору, у которого на коленях притулилась Мелия, и положил ее руку на перчатку. Поцеловал ее на прощание в лоб, как в темной комнате, так и по квазивизуальному каналу перчатки, и пообещал, что скоро вернусь. Выходя, я слышал, как где-то далеко чуть слышно плачет совсем маленькая девочка, словно тонет в кровавой луже размерами с ЛА.

— И как же ты нашел меня?

Лиммит смотрел в покрытое грязевой коростой окно, отвернувшись от сидящего на краю койки Аддера.

— Когда я выбрался от старухи, – сказал Аддер, – то первым встретившимся – единственным – на улице человеком стал знаешь кто? Друа. Либо мне повезло, либо он не врет, когда говорит, что это KCID ему по радио рассказал, где меня искать. Он объяснил, куда ты ушел и каким путем должен вернуться. Я тебя жду здесь уже больше суток.