Книга Выйду замуж за первого встречного, страница 22 – Вика Тверская

И вот теперь она откровенно разглядывала Кирилла и даже, как мне показалось, строила ему глазки.

Марш отзвучал, лепестки опустились на землю и покрыли мелочь, которую дети не успели собрать.

Возникла пауза и в наступившей тишине прозвучал вопрос, который я больше всего боялась услышать.

— Эээм… это кто? И куда делся Антон?

Мерзкий вопрос задала, конечно, Анжелка. Вот кому больше всех надо. И специально ведь спросила как можно громче. Стоит, озирается. Все ли услышали.

Я сначала испугалась, но потом подумала, мало ли про какого Антона она спрашивает. Может, так нашего свидетеля зовут или она своего парня разыскивает.

— Дети мои, наконец-то! Очень рад! — Папа шагнул нам навстречу, широко расставив руки. Кирилл протянул ладонь, для чего ему пришлось отпустить меня. Отец отмахнулся и кинулся обниматься.

— Кать, куда Антона-то дела? — повторила Анжелка как можно громче. — Который твоим женихом был.

Услышав уточнение в такой формулировке, все, кто стоял рядом, должны были, видимо, по ее задумке, ужаснуться и с позором выгнать меня из клуба. А в невесты посадить… да хотя бы ее, Анжелку.

Но этого не произошло.

Раздался смех и рыженькая толстушка, кажется, папина какая-тоюродная племянница, весело воскликнула, что на каждой свадьбе обязательно найдется лохня, которая путает имена жениха и невесты.

Она так и сказала, ничуть не смутившись, — лохня. Анжелка скривилась и презрительно глянула на меня, как будто это я ее обзывала.

На следующую свадьбу точно позову только тех, кого я лично буду рада видеть.

— Главное, чтобы их не путал тамада! — На крыльцо, расталкивая гостей, выскочил парень с микрофоном. Следом за ним протискивалась мама, неся на высоко поднятых руках каравай.

Как я ни просила родителей избавить нас от устаревших традиций, они согласились убрать только выкуп невесты. И то, потому что папе нужно было собирать и организовывать гостей, и он сказал, что до приезда в клуб мы можем хоть в парке на лавочке просидеть, а вот с 17.00 все должно быть идеально. То есть по его плану.

Пока меня радовало только то, что наша тамада не была похожа на Эйфелеву башню из загса и вместо нудной тетушки — бойкий молодой человек.

— Гости дорогие, Владислав! Приятно познакомиться! — Парень спрыгнул с крыльца, повернулся к встречающей толпе, поклонился и знаком показал, чтобы все зааплодировали.

— А вот и наши молодые! Катерина и Кирилл. Встречаем!

Пока гости купали нас в овациях, Владислав наклонился и шепнул мне на ухо:

— Не кисни, лицо попроще. Половину лабуды от твоего папаши я вычеркнул. Потерпи до первых трех рюмок, дальше будет веселее. От каравая, к сожалению, не отмазаться.

Каравай — не самое страшное событие свадьбы. Гораздо сильнее меня пугало требование публичного признания новой мамы. Это когда раскрасневшуюся и замученную невесту отрывают от канапе и заставляют встать или вообще выводят в центр зала и требуют честного ответа, как она теперь будет называть свекровь.

На версию «тетя Света» или «Валентина Андреевна» гости обычно разочарованно гудят. Сплотившись, они пьяно требуют от бедняжки срочно назвать эту почти постороннюю женщину мамой.

Надо же, а вот и первый очевидный плюс нашего внезапного разрыва с Антоном — мне не придется позориться и временно сбегать со свадьбы. Ведь родители Кирилла, по нашей легенде, в командировке и вернуться никак не могут.