Книга Измена. Я тебя (не) прощу, страница 86 – Ольга Игонина

— Ты как сюда зашла? И зачем? — отхожу к концу палаты, упираясь в подоконник спиной. Меня загнали в угол.

— Лина, ты в своем уме? Я твоя мать! А ты тут трагедию устраиваешь, как будто я тебе не мать, а мачеха. Придумала, что мы тебе с отцом зла хотим.

— Уходи, пожалуйста.

— Пока мы все вопросы не решим, я никуда не уйду, — подпирает дверь, чтобы никто не смог войти.

— Да ты проходи, присаживайся. Дверь, если что, на щеколду закрыватся, — показываю рукой на стул.

— Дочь, как так все получилось? Почему же наша большая и счастливая семья развалилась. Как я одна стареть буду?

— Мам, как деньги заменили всем друг друга — семья закончилась. Просто — раз и нет.

— Ты знаешь, дочь, я столько ошибок сделала. И с тобой, и с Алинкой, как теперь все вернуть. Прости меня, прости отца. Он в тюрьме умрет. Понимаешь?!

— Понимаю, мам! Я не хочу никому мстить, я не требую для них какого-то срока, мою нервную систему, прошлое — это никак не заменит. В моей семьей уже было предательство самыми близкими людьми.

— Да перестань, ну какое предательство. Вы же с Артуром сами решили жениться? Сами? Тебя, как племенную козу никто не вел на случку, ты сама ноги раздвинула, сама захотела это узаконить. А мы с отцом настояли, чтобы дочь не была обижена. Что плохого?

— Мам, вы не дали мне нормально уйти, когда все поняли, что у Артура есть другая женщина. Она, кстати, ему сына родила, где-то тут на этаже со мной лежит. Его ребенок тебе тоже внук?

Мать подходит ко мне, садится рядом. Легонько обнимает.

— Я очень боюсь и за тебя, и за меня. Я то как-нибудь доживу. А ты как без копейки будешь? Ты же никогда не работала, жила в удовольствие.

— Мам, я уже нашла себе работу. Вчера написала своей дипломной руководительнице. Все рассказала, место для меня найдут до декрета.

Буду на соискательство ученой степени подавать, аспирантуру вряд ли пока потяну.

— В университете же копейки платят! — узнаю этот барский голос. Я король, а вокруг одни холопы.

— Зато по морде не бьют, не унижают. А химию я люблю. И домой не вернусь, во всяком случае пока.

Мама сидит молча, мотает на палец ниточку от простыни.

— Лина, я с ней поговорила. Она даст показания, — врач с самого порога с новостями. — Теперь он не отвертится. Посадят по полной!

— Дочь…

— Олег, вас из больницы беспокоят, — по номеру уже понимаю, кто мне звонит. — У нас тут проходной двор. Это не мое дело, но ваши парни только деньги ваши проедают и кофе из нашего автомата беспрерывно пьют. А толку больше от них никакого. Может, из тогда убрать их?

— Что значит, проходной двор?

Для больницы я отобрал трех нормальный пацанов. Странно.

— Понял вас, спасибо за звоночек. Кого сегодня пропустили?

— Так мать Лины. Захожу, а они там, не то чтобы разговаривали.

— Я сейчас подъеду, — завершаю разговор.

Не знаю, почему я прикипел к этой истории. Я готов тратить деньги, отдавать свое время, чтобы девчонка была счастлива.

Для меня это новые ощущения. Хотя… я из тех, кто всегда придет на помощь, протянет руку, возможно, отдаст свою рубашку, просто она никому раньше не была нужна. А тут.

Заказываю на кухне обед с собой. В больнице Лину нормально кормят, но это все равно не ресторанный уровень.

— Олег, из надежных источников поступила информация, что и на вас роют информацию. Чернышов и Белецкий так просто не остановятся.