Книга Измена со вкусом капучино, страница 95 – Ольга Игонина

Аленка тихо плачет. Паркуюсь на обочине. Сколько же этой хрупкой девочке пришлось вынести на своих плечах.

Слышно сирену, странно, что ее и в пустом месте включают. Проносится скорая, еду за ними.

Через сорок минут мы на месте.

Николая Федоровича в реанимацию, готовят к операции.

— Алена, он справится, — Наталья бледнее мела к нам подходит.

— У него нет выбора.

Алене кто-то звонит.

— А вы знаете, что операция стоит почти два миллиона? — почти на ухо, говорит Наталья. — А еще один день у них тридцать тысяч.

— Да, все оплачено. Алене ни слова.

Наталья, закрывает рот рукой, плачет, свободной рукой меня крестит. Неужели и я могу сделать для кого-то добрый поступок.

Почти четыре часа сидим под операционной. Наталья читает молитвослов, Алена смотрит в одну точку.

"Пап Коль, ты никак не можешь умереть. Мы без тебя тут не справимся. Я без тебя не справлюсь, ты нужен Алене, и Наталье".

Выходит хирург.

Как вовремя вы его привезли. Теперь жить будет!

Эту неделю я работаю без сменщиков. У ребят сессия, а я почти прописалась в кладовке.

Включаю кофемашины, разогреваю песок, натираю чашки. Как же я люблю свою работу.

На часах семь-ноль-девять. Заходит первый посетитель.

— Доброе утро, — поднимаю глаза Алекс.

Вам как обычно, ристретто, — принимаю правила его игры.

— Нет, — мои предпочтения изменились. Можно мне капучино. Любви со вкусом капучино. Ален, я был таким дураком. Прости! — Кажется, Алекс, и внешне стал другим, куда-то ушла его горделивость. — я понял, как мне без тебя плохо, просто невозможно. Прошу шанс. Одну возможность, доказать тебе, что люблю. Я правда столько накосячил, думаю, ты имеешь полное право послать меня ко всем чертям.

Но я прошу, умоляю — дать мне последний шанс.

— Завтра у меня свободный вечер, думаю, ты можешь пригласить меня на свидание.

Он уходит, а я не могу понять свои чувства. У меня нет к нему ненависти, не смотря на то, сколько всего между нами произошло. Что могло испортить все между нами?

Мы так откровенно и не поговорили.

— Нам нужно поговорить, перед тем, как мы снова решим ходить на свидания.

— Конечно.

— Секс, ты же из-за него пошел к Мышуне, — смотрю ему в глаза. не хочу пропустить даже малейший лжи с его стороны.

— Алена, я просто был дураком! Дебилом безмозглым. Я, как и говорил, сам не понял, как к ней в койку попал. А потом спонтанность, ее покорность вместе с всепозвовлительностью. Когда думаешь членом, кажется, что это прям круто. Ален, не хочу об этом. Я много думал, разбирался.

Понял, что важно говорить, даже о своих желаниях. Да и не нужно мне вот это все, если оно носит такие последствия.

— Какие, — слушаю Алекса, а уже не больно внутри. Болезнь папы многое поменяла в моем восприятии мира.

— Жизнь без тебя.

Прошло полгода.

Мы с Алексом снова пара. Только он теперь не Алекс, а Александрин. Да, так его зовут по паспорту, уж не знаю, кто из родителей решил поизголяться.

Пока я держу оборону и отказываюсь съезжаться, мне нравится наш конфетно-букетный период.

Никогда не думала, что человек в сорок может измениться.

Оказывается, может, главное, чтобы было желание.

Машку я больше не видела. Да и желания нет встречаться. От ее мамы слышала, что она уехала куда-то в область, работает ветеринаром и мечтает о большой любви. Что-то я не очень в это верю, но это ее выбор.

Папа тоже теперь не одинок. Его отношения с Натальей перешли на новый уровень. Отец с Алексом построили теплицу. Теперь нашими влюбленными не только чувства движут, но и саженцы, рассада. Кажется, они счастливы.

Я тоже влюблена и счастлива, хоть и самой себе трудно в этом признаться. Я смогла простить Алекса, а взамен получила классного и внимательного человека рядом.