Книга Боги Безвременья, страница 91 – Анна Левин

Близняшки отправились на праздник цветов, помогать украшать платформу орхидеями, а Юдай остался вдвоем с Мей. Они оба прошли тяжелый жизненный путь, проигрывая, теряя, скитаясь, но годы в Безвременье подарили им счастье и гармонию. Настал момент, когда им пришлось отпустить сына, позволить ему проложить собственный путь, испытывая такие же страдания, но родительские сердца мысленно пытались пробиться сквозь миры к своему ребенку.

— Как бы я хотел разделить с ним все его страхи, все объяснить, поддержать! Но любое вмешательство разрушит ход событий. Наши судьбы закольцованы, Идзанаги вывел единственный успешный путь.

— Но чем мы еще расплатимся, Юдай? — грустно спросила женщина. — Мы позволили нашему мальчику впустить в сердце зло, и он вернется в Безвременье перерожденным. Узнаем ли мы Макото, когда он явится с копьем Аменонухоко? Как он поступит, поняв, что ты — его отец? Вдруг он возненавидит тебя, и это окончательно задавит в его душе весь свет?

Мужчина не ответил, думая, как скоро пророчество приведет их к последнему обороту колеса. Звук шагов отвлек их внимание. То был сосед, и Юдай покинул жену, чтобы переговорить со знакомым.

Звуки ветра будоражили неприятные воспоминания, и Мей прикрыла глаза, моля богов защитить ее сына.

«Мой малыш не заслужил подобной участи, почему яд Идзанами сумел проникнуть в его сердце? Мы ведь любили его, нежно заботились, а он найдет своего отца в далеком мире, и даже не узнает! О, Идзанаги, если бы можно было изменить ход истории!»

— Уверена ли ты, смертная, что это помогло бы? — раздался голос в ее голове.

Мей распахнула глаза, увидев бескрайний океан, на горизонте которого всходило солнце.

— Ты взывала ко мне так отчаянно, что я услышал твой зов. Тебе стоит взять пример со своего супруга, и набраться терпения, принимая без ропота все, что вскоре произойдет.

— Прости, великий! — тихо прошептала женщина. — Я была в отчаянии, и моя секундная слабость привела меня сюда.

— Речи твои льются красиво, но я слышу в них слишком много лжи. Ты не испытываешь должного смирения, в твоем сердце бушует пожар.

Она опустила голову, испугавшись угрозы в голосе Идзанаги.

— Я — мать, и ничего не могу с этим поделать. Мне жаль свое дитя, что он стал избранником Идзанами-но ками.

— Не такую уж малую роль в этом сыграла ты сама.

— О чем ты?

— Это ты проворожила Юдая, наложила на него колдовской поцелуй, чтобы вытеснить из мыслей соперницу драконьей крови. Искусственная любовь породила уязвимого ребенка, который был отравлен твоим обманом с первой секунды жизни. Так что благодаря твоим поступкам в защите души Макото образовалась брешь, в которую просочилась Идзанами.

Женщина не хотела принимать это обвинение, но совесть не позволила откреститься от собственных грехов.

— Не вини себя! — произнес Идзанаги. — Все так и должно было произойти. Не стань ее избранником Макото — эта участь выпала бы другому. Я всегда знал, что однажды преграда истончится, и Идзанами использует этот шанс, чтобы освободиться, поэтому создал сложнейшую цепочку событий. Вы — ее звенья, и тебе не разорвать последовательность, но твой муж способен на это, так что будь осторожна, изливая ему свою горечь.

Могучая сила толкнула ее в грудь. И Мей открыла глаза, по-прежнему сидя на лавочке в саду. Она оглянулась на собственный дом, фигуру мужа, беседовавшего с соседом, и сдержала всхлип. Боль ее сына станет ее болью, но теперь ей придется жить с мыслью, что она сама сделала его таким слабым и восприимчивым к влиянию богини смерти.