Книга Солнце и Луна, страница 113 – Анна Левин

Я вздрогнула, хватая Ярогнева за руку, но муж не выглядел испуганным, скорее — удивленным.

— Это он! — голос стал хриплым до неузнаваемости. — Я чувствую его силу! Он спас меня, когда я упал в Мертвое море, и даровал мне способность видоизменять резерв.

— Ты упал в море? — переспросила Ярослава. — Но как?

— Специально. Когда я узнал, что мама беременна, я решил уйти из жизни, чтобы никто не узнал о моей незаконнорожденности, и эта тень позора не пала заодно на тебя.

Девушка всхлипнула, прижимаясь к Ярогневу с другого бока.

— Брат, мне так жаль! Ты пожертвовал многим ради нас, а мы не знали, и никогда не ценили тебя по достоинству! Но как ты остался жив в кислотных водах, если не был Беломорским?

— Говорю же, меня спасло это создание.

— Кто он?

— Сейчас выясним.

Морской житель приближался, находясь в воде уже по пояс. Волны набежали на его тело, застывая на нем одеждой, отчего у меня мурашки прошли по коже. Кто он такой, если так играет с материей⁈

— Будьте осторожны, — прошептал Яман Парс, беря меня за руку.

Несмотря на наше прошлое, я не стала вырываться, оставив объяснения до лучших времен. Пусть он и пытался убить меня много лет назад, уничтожив сотни жизней, но время нести ответственность за преступления еще настанет, а пока мы стояли вчетвером, взявшись за руки, и вглядывались в незнакомца из кислотных вод.

Спустя несколько минут он полностью вышел на берег, уменьшившись до приемлемых размеров, оказавшись одного роста с Ярогневом. Черные волосы стремительно высыхали, завиваясь красивыми кольцами, безбородое лицо казалось молодым, но в глазах отражались миллионы прожитых лет.

Он обвел нас взглядом, и мягко улыбнулся.

— Я рад видеть вас здесь! Рад, что вы не подвели меня!

Его голос был за гранью возможного: вроде и обычный, и наполнявший собой все пространство одновременно.

— Кто вы такой? — вперед выступил Ярогнев.

— У меня много имен во всех сотворенных мною мирах. Жители Белого моря звали меня Оанном, так что вы тоже можете использовать это имя.

— В каких еще мирах? — прошептала едва слышно, но он перевел на меня взгляд, и словно заглянул в мои мысли.

— Все сущее происходит от меня, каждая вселенная и каждая жизнь. Я был вначале, и буду в конце.

— Божество из мертвой религии! — воскликнула Ярослава.

Оанн кивнул.

— Религия может умереть, но не вера. Вы возродите ее, потому что время пришло. Скоро все изменится, — он снова посмотрел на Ярогнева. — Ты сам пришел ко мне, как я и предвидел. Все началось с Казимира, и ты — его потомок — должен исправить совершенное им зло.

— Поэтому вы спасли меня? Чтобы я стал вашей пешкой?

— Ты не прав.

— Вы могли бы сами исправить все, что вам не нравится.

Божество вздохнуло.

— Все так почему-то думают, но правда в том, что созданный мною мир всегда развивается по собственным правилам. Для того я и сделал вас разумными, чтобы вы развивались, принимали решения, двигали историю в определенном направлении. Но порой мои творения заходят слишком далеко, и мне приходится привлекать к защите мира хранителей. В каждой вселенной они свои, и самую первую, где я сумел зажечь величайший светоч — душу, — я доверил старому другу Лунару. Надеюсь, он справляется.

— Разве вы не знаете?

— Нет, я оставил их, чтобы дальше создавать миры. Одним из моих любимых стал ваш, и я был счастлив здесь, пока ваши предки не покинули море. На суше они быстро регрессировали, забыли о своих корнях, о том, что все живые существа зародились именно в Белом море, и надолго исчезли из нашего поля зрения. Но потом вернулись, и стали истреблять своих сородичей, уничтожили религию, лишили себя истории и гордости. Мне было больно за этим наблюдать, но я не мог напрямую вмешаться, чтобы не нарушить баланс и свое собственное правило.