Книга Академия, страница 48 – Анна Левин

— Вы часто посещаете это место?

— Увы, такой возможности я лишен. Мой долг — охранять границу на севере, я горжусь службой, тем, что делаю, но это налагает на меня некоторые ограничения.

— В любом случае, вам действительно есть чем гордиться. Как и вашей семье.

— Вы с ними уже познакомились, верно?

— Да, и вы об этом знали, умолчав о своем роде во время знакомства.

Наконец-то в его улыбке пробилась искренность.

— Конечно, знал. Моя сестра не из тех, кто остается в тени.

— Сударыня Беломорская заслуженно вызвала всеобщее восхищение.

Но Ясногоров все равно выбрал меня!

— Не сомневаюсь. Морской Шторм не любит делиться.

К чему относились его слова? Они касались Матвея? Она не откажется от мысли о браке с ними? Или Беломорские не любят делиться вниманием?

— Книга, которую вы выбрали, — сменил он тему разговора, — вам интересна? Вы владеете мертвым языком?

— Нет, к сожалению, но, надеюсь, здесь у меня появится возможность больше о нем узнать.

— Мы с братом с детства его изучали.

Плавным движением, неожиданным для такого титана, он приблизился к столу, и взял книгу. Меня кинуло в жар, когда он едва не прикоснулся ко мне своим телом, забирая фолиант позади меня. Да как он смеет так нагло плевать на все правила приличия! Это недопустимо!

— Знаете ли вы, сударыня, что это оригинал?

Я так злилась, что не сразу поняла смысл его слов.

— Простите?

— Оригинал, написанный самим ученым. У нас дома есть копия, но здесь хранится бесценная рукопись, причем, заметьте, в свободном доступе. Как бы ни была ценна данная реликвия, ее не прячут за семью замками, наоборот, у всех есть к ней доступ. Как и к другим значимым книгам.

После этих слов я готова была признаться в любви библиотеке, и здесь же поселиться. Оригиналы изысканий виднейших ученых, шедевры поэзии и прозы! Но за удовольствие находиться здесь мне придется платить, и ценой будут насмешки и ненависть драконов.

Беломорский передал мне рукопись, и я постаралась вежливо ответить.

— Благодарю, сударь, я этого не знала. Мне только предстоит изучить Академию с ее тайнами, которых здесь, уверена, обнаружится много.

— О, и не сомневайтесь! Это место само по себе обладает волшебной атмосферой, и притягивает, словно магнит. Каждый день будет наполнен новыми открытиями, и это вдохновляет, не так ли? Я был здесь счастлив. Хоть раз в жизни.

Последние слова открыли больше, чем весь предшествующий разговор, и впервые мне стало не страшно, а интересно знакомство с ним. Грачев тогда сказал, что в столице было скучно без Ярогнева, что он — глава компании. Как должно быть ему скучно на суровом севере, если в нем кипит энергия и жажда жизни! Может ли за этой однообразной вежливой маской скрываться буря чувств? Думаю, что да. Мое лицо тоже не показывает окружающим все, о чем я мечтаю, что причиняет мне боль и страдания.

Матильда никогда не видела моих слез, не знала, как я мучилась, не помня даже лиц своих родителей. Их образы выветрились из головы ребенка, и оставили лишь смутные догадки. Я считала, что они любили меня, но так ли это было в реальности? Было ли это воспоминание, или мое воображение само это дорисовало, а мозг потом поверил?

Никому здесь я не рассказала, с каким отчаянием ехала в Академию. Им кажется, я готова землю под их ногами от благодарности целовать, но с куда большим удовольствием я эту землю в глотки им протолкнула бы, если только смогла.