Книга Академия, страница 88 – Анна Левин

— Я занималась усмирением стихии.

— Всего-то? — насмешливо поднял бровь Олег.

— Сударь, шторм на севере — это не просто временное появление волн: чудовищных размеров валы могут разрушить весь Сколлкаструм до основания, если их не укротить. Самый изнуряющий шторм, с которым я имела дело, длился почти пять месяцев. Мы потеряли около двух сот смертных, многих сильных драконов; целые селения были разрушены, даже родовому замку досталось. О кораблях с товарами и говорить нечего.

После моих слов воцарилось молчание. На лицах парней было написано удивление и досада, что о севере они знают так мало.

— Сложно представить, через что вы тогда прошли, сударыня, — вдруг в разговор вмешался попечитель Круторогов, и я поняла, что к нам давно уже прислушиваются взрослые.

— Господин Беломорский, как вы думаете, может, пора нашим новым ученикам наведаться в северные земли? — неожиданно прозвучал голос лорда Дартмура. — Мы все думали, куда лучше вывезти юношей и девушек на первую экскурсию, чтобы это было для них полезно и познавательно. А, учитывая, как непозволительно мало они знают о жизни севера (одной из важнейших частей нашего мира!), такая поездка стала бы однозначно питательной для ума.

Все взгляды прикипели к отцу, который не выказал ни удивления, ни счастья от полученного предложения. Да, ситуация сложилась непростая. Ему и отказать будет сложно (ведь чем больше заговорят о севере — тем лучше для рода Беломорских), и согласиться, ведь обеспечение безопасности на таких неспокойных землях — трудновыполнимая задача. Всегда находятся дураки, которые попадаются в лапы морских тварей несмотря на предупреждения и принятые меры, но ученики Академии — гости благородной крови, ради их целости и сохранности попотеть придется знатно!

— В целом я одобряю вашу идею, лорд Дартмур, молодым драконам было бы полезно познакомиться с реальным миром, — после недолгого раздумья ответил отец.

В продолжившейся беседе я отметила, как мнение обо мне меняется в лучшую сторону. Матвей с Демьяном закидывали вопросами, и даже Олег порой присоединялся к ним с небывалой вежливостью и вниманием. Причем, если от Матвея исходил только интерес, то от Клеверова и Скуратова — явная симпатия. Неужели я покорила их сердца, но чем? Тем, что победила их? Или после рассказа о службе на севере? Раньше они видели во мне только девушку, окруженную подружками, пустоголовую и надменную, и потребовалось лишь разозлиться на их предубеждение, чтобы открыть глаза на свой истинный облик.

Пока я покоряла умы и сердца парней, Ярогнева окружила толпа наших преподавателей и отцов благородных семейств. Драконицы пожирали глазами его издалека, но их взгляды не шли ни в какое сравнение со взглядами господ Мщерова и Расколова. Не припомню чтобы даже отец смотрел на него с такой любовью, гордостью и нежностью. Брат выглядел спокойным и счастливым, каким я его дома никогда не видела.

ЭЛИФ

Последние дни превратились для меня в сущий кошмар: в Академии вновь собралось большое общество, к ученикам приехали семьи, так что нигде не было спокойного места чтобы отдохнуть от учебы и творящегося хаоса. К людям гостей даже не приглашали, что стало поводом для грубых насмешек со стороны драконов. Обычно присутствие Олега и Клеверова ограждало от любых нападок, только вот сейчас они все время проводили с семьей, а меня сопровождал шепот и гнусные смешки, когда я осмеливалась выходить из комнаты. Поэтому я обрекла себя на затворничество, читая книги, рисуя одно и то же лицо, которое являлось мне во снах и наяву.