Книга Исетская Академия. Дневники мертвеца, страница 101 – Анна Левин

По его кивку девушку повели к выходу, выбирая самые неожиданные ходы. Оборотень явно знал Академию лучше многих, раз ему удалось помочь врагу проникнуть в крепость, и теперь он также незаметно для остальных выводил из подземелья пленницу. Парижанка с горечью подумала, что никто не узнает, куда она делась, жители Исети превратятся в нежить, а они с верным Гастоном навсегда застрянут в какой-нибудь глухой дыре, где их будут держать под стражей до скончания веков.

Мысленная волна от ее фамильяра нахлынула так неожиданно, что она на секунду ослепла. Гастон создавал образ, и девушка сначала долго не могла понять, чего он хочет, а потом сердце на секунду замерло.

— Нет! — вскричала она, забыв о мертвецах.

Но было поздно: Гастон применил почти все свои остаточные силы, создавая выброс потусторонней энергии, характерной забытью. Мертвецов впечатало в стену, раздался звук хрустнувших костей, и девушка обрела свободу, едва не стоившую ее фамильяру жизни.

— Как ты мог? — бросилась она к нему. — Я не выживу без тебя, засранец!

— Ты не выживешь, если продолжишь здесь сидеть! Вперед, глупая!

Поднявшись с пола, фамильяр со своей хозяйкой побежал по коридору, плохо ориентируясь, но надеясь оторваться от погони. Герцог несколько минут приходил в себя, но, когда понял, что парижанке удалось ускользнуть, боль отошла на второй план, и он помчался вслед за ней. И гнал его вперед не гнев, а тот азарт, который еще не угас в мертвеце окончательно.

Вырвавшись из подземелья, Ланж увидела большую брешь в стене, возле которой стояла Диана Окская. Весенние сумерки еще не сменились ночью, и мрачный коридор заливало мягким светом.

— Куда ты так летишь, птичка? — издевательски улыбнулась Диана.

— Уйди с дороги, — решительно ответила Ланж, принимая боевую стойку.

— Я убью тебя, пришлая. Ты отняла у меня Германа.

Они закружили, внимательно высматривая движения друг друга.

— Твой волчара мне без надобности.

— В том-то и дело, — болезненно скривилась Окская. — Он не был тебе нужен, но достался именно тебе, а не мне после всех перенесенных унижений. Ты была рождена в богатстве и достатке, и не знаешь, как несладко приходится таким как я. Но да все это в прошлом, — жестко отчеканила мертвая.

Разведя руки, она сплела темное заклятие: Ланж едва успела создать кокон, как в него ударилась разжижающая вязь. В тесном пространстве два потока силы схлестнулись в яростной битве, и от последовавшего взрыва девушек раскидало в разные части коридора.

Как раз в этот момент их нашел Герцог, увидев Диану у стены, и Ланж у самой пробоины. Парижанка нервно дернулась, и едва не сорвалась вниз.

— Не шевелись! — закричал оборотень. — Я сейчас подойду, и оттащу тебя от края. Только не двигайся!

Она не желала попасть к нему в руки, но и стать пятном у подножия горы тоже не хотелось. Как говорили в России, из двух зол выбирают наименьшее.

Наблюдавшая за ними Диана окончательно уразумела, что первым делом Герман бросился на выручку парижанке, больше всего боялся, что она упадет, пострадает, и ему никакого дела не было до Дианы. Перед глазами поплыло, и Окская, не отдавая себе отчета, поднялась на четвереньки, выгибая конечности, как настоящая мертвячка, и бросилась на Соланж. Оборотень перехватил ее в считанных сантиментах от парижанки, они покатились кубарем по полу, не переставая бороться, но в итоге Герцог умудрился всадить ей удлинившиеся когти в живот.