Книга Учись или умри до конца, страница 13 – Светлана Волкова, Мария Дубинина, Сора Наумова

— Вот, нашел, – наконец подал он голос. – «На головах у них вместо волос двигались, шипя, ядовитые змеи. Лица горгон с их острыми, как кинжалы, клыками, с губами, красными, как кровь, и с горящими яростью глазами были исполнены такой злобы, были так ужасны, что в камень обращался всякий от одного взгляда на них».

— Это что за историческая лирика? – Моя больная фантазия явственно рисовала образ дикого монстра с прилепленным в бесплатном фоторедакторе моим лицом.

— Факты из истории, – доктор резко встал и протянул руку к моей голове, желая прикоснуться к змеям. Им не понравилось такое самоуправство, и через несколько секунд Зусман сидел в кресле и прижимал к себе ужаленную руку.

Мне стало слегка не по себе.

— Это не я! Они сами! – заранее оправдалась я.

— Самоконтроль отсутствует, – прошептал доктор и сделал новую запись в моей истории болезни. – Голод, жажда?

Собственно, голод присутствовал, вчера я толком ничего не съела на обед из-за Рэнди и пропустила ужин. Сегодня желудок хотел со мной рассчитаться за все упущенное время.

— Голод – да, жажды нет.

— Тяга к странным продуктам?

— Тоже нет, – я нервно икнула. – А почему вы интересуетесь?

— Согласно записям, горгоны питают слабость к свежей крови, – сказал доктор, не подумав, чем обеспечил мне приступ тошноты.

— И что? Я теперь еще и вампир? – все-таки закричала я, и змеи на голове недовольно зашевелились.

— Рита! Спокойно! Я не смогу вам помочь, если вы превратите меня в каменную статую.

— А что, я и так могу?

Я решила, что лучше всего успокоюсь, если буду двигаться, так что Зусману приходилось вертеть головой, чтобы уследить за моим брожением по комнате. Он прав, лишние проблемы (и статуи) мне сейчас ни к чему.

— В теории да. Но все будет зависеть от ваших внутренних ресурсов. Я имею в виду не только энергию, но и душевные качества, возможно, они даже в первую очередь.

— То есть в душе я горгона?! – снова начала я заводиться. Доктор примирительно вскинул руки.

— Это могло произойти по целому ряду причин. Лучше всего в этом сможете разобраться только вы сами. Но я был прав, ваш уровень адаптации выше нормы, так что поздравляю, ваше посмертное существование быстро войдет в норму.

Я устала ходить и села на стул.

— Я могла превратиться в тварь и похуже горгоны, да?

— Все возможно. Вы встретите других студентов и сделаете выводы.

Я же вспомнила трупоеда Рэнди (кем бы он там ни переродился) и решила, что рано начала паниковать. Могло быть реально хуже.

— Так вот откуда у меня способности к стихии Земли, – на ум пришло испытание на собеседовании. – Я могу кого-нибудь случайно, ну… закаменеть? Я один раз так сделала, теперь немного страшно. Не хотелось бы кому-то навредить.

— Возможно, испытанные негативные эмоции или страх за свою жизнь заставили активизироваться спящие силы, – предположил доктор. – Кстати, у вас все нормально в общежитии?

Кумихо! Заставила она меня встряхнуться, лисица бешеная. Ох, вот кто у нас в зоне риска, если не перестанет делить территорию и фыркать на меня по поводу и без.

Я призадумалась о своей нелегкой судьбинушке.

— Может, микстурки? – прервал наше обоюдное молчание доктор, опасливо косясь на мою голову.

Я не видела, но не сомневалась, что змеюшки посмотрели на него в ответ. Все сразу.