Книга Пленница ведьмака, страница 67 – Ирина Фельдман

— Ты вернешь меня в море, – повторила она, так и не внеся ясности. – А потом вы все заплатите за то, что сделали.

— Я ничего тебе не сделала.

Искусанные губы беглянки дрогнули, ноздри расширились, как от резко ударившего в нос запаха.

— Ведьмак поймал меня и лишил воли. – Она провела рукой по стриженой голове, и в карих глазах мгновенно набухли крупные слезы. – Мои косы… мои прекрасные косы… Я их так любила, а теперь их нет!

Ее боль кольнула меня в самое сердце. Неподдельная и такая по-девичьи чистая.

Слезы сорвались с ресниц и побежали по лицу бедняжки.

— А мои детки? Как они без меня? Позаботился ли кто-нибудь о них?

Новая волна боли была еще мучительней. Женщина разрыдалась так, что не оттолкнула меня, когда я обняла ее.

— Ну тихо, тихо. Увидишь ты своих деток. Совсем скоро. А волосы отрастут, длиннее и пышнее.

Судорожное дыхание постепенно выровнялось, ее тело перестало вздрагивать.

— Отойди от нее.

На входе стоял Бреннан, держа в одной руке волшебную ткань. К кому он обращался?

Женщина развернула меня спиной к себе и приставила к горлу нож. Лезвие коснулось кожи.

— Ведьма-а-ак, – яростно зашипела она. – Отдай мне шкуру, не то я прикончу ее.

Бреннан не шелохнулся.

— Ты делаешь хуже только себе. Оставь девушку в покое.

— Тебе не запугать меня. В этом обличье ты беспомощен, как ощипанная курица, и все твои слова пусты. Шкуру я получу при любом раскладе, твое же дело решить, останется ведьма в живых или нет.

— Так и быть, – рука, в которой Бреннан держал артефакт, напряглась. – Сначала отпусти ее.

— Сначала – шкура.

— Нож у тебя. А я беззащитен.

— Значит, не тебе мне указывать.

Буравя ее взглядом, Бреннан свернул черную ткань и бросил мне под ноги. Женщина оттолкнула меня, но не так, чтобы можно было упасть. Схватила ткань, как голодная собака, которой швырнули кусок мяса.

— А теперь я убью тебя, – безумно скалясь, она направила кончик ножа в сторону парня. – В редкие ночи, когда мне удавалось поспать, я видела чудесные сны. В которых я топила тебя. Потрошила, обагряя море твоей кровью. А просыпаясь, я плакала от того, что это был лишь сладостный морок. Но теперь ты умрешь по-настоящему.

— Ты получила шкуру. Убирайся.

— Я еще не получила твою жизнь.

Всему есть предел!

— Не бери грех на душу, – вмешалась я. – Что тебе даст убийство, кроме мгновения торжества? Ты будешь потом мучиться из-за вины. Бреннан добрый и хороший человек, а я ведьма, меня нельзя обмануть.

Нож все еще оставался в ее руке.

— Не тревожься о моей душе. Душа фейри не как у людей. Она не меняется, к ней ничего не пристает. А то, что ведьму нельзя обмануть, – это сказки. Ты же позволила ведьмаку обвести себя вокруг пальца. Ведьмак коварен, – она сделала эффектную паузу и добавила, выпучив глаза: – Ведьмак двулик.

— Много болтаешь, – одернул ее Бреннан.

— Ведьмак пошел дорогой зла-а-а, – осмелела рассказчица. – Хитрый, хитрый, злой ведьмак. Люди слепы и не видят ничего, а Другая сторона знает все-е-е.

Широкими шагами Бреннан приблизился к нам и загородил меня собой.

— Если ты пообещаешь не убивать меня, я скажу, где сейчас спрятал ловушки и как их уничтожить. Тогда другие шелки не попадутся.

Та с минуту обдумывала предложение и в конце концов согласилась. И надо отдать должное ее честности: когда Бреннан поведал, где спрятал зачарованные раковины, пояснив, что днем они неопасны и их можно попросту разбить, она выбросила нож в море.