Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 142 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Зачем ты здесь? – глухо спросил он.

Чиёко отличалась и от простых людей, и от оммёдзи, и от ёкаев. Она была особенной, и прежде Хизаши не раз злило ее присутствие – то, как она смотрела на Кенту и как однажды Кента начал смотреть на нее. И когда они все вместе виделись в последний раз, Чиёко уплывала на дальние острова. Не навсегда, но Хизаши надеялся, что достаточно надолго.

И вот она здесь и ждет ответа.

От него.

— Куматани в беде, – с обезоруживающей прямотой сообщил Учида. Со щек девушки сошли все краски, она пошатнулась и оперлась рукой о фусинца, чтобы устоять. Тот недоуменно нахмурился.

— Госпожа, с вами все в порядке?

— Д… Да, – еле слышно прошелестела она и убрала руку. – Я принесу чай, и вы мне все расскажете.

— А…

— Он не вернется, – заверила Чиёко. – Эта комната для него отныне не видна.

С такими загадочными словами она вышла, семеня ногами, непривычно скрытыми под пестрой тканью простого косодэ. Когда ее частые шаги стихли на первом этаже, Учида прямо спросил:

— Ты знаешь эту девушку?

— К сожалению, да. Хотя, возможно, именно сейчас и к счастью. – Хизаши сел и потрогал грудь. – Боюсь, если бы не она, тот черный оммёдзи уже нес бы благие вести нанимателям.

— Кто она такая? – все еще не понимал Юдай. – Она не может быть одной из нас.

— Верно. Она не оммёдзи, она итако.

Традиционно искусство оммёдо считалось уделом мужчин, а вот женщины чаще всего становились проводниками между живыми и мертвыми. Этот дар передавался внутри шаманских родов от матери к дочери, и, к сожалению, сопровождался потерей зрения. Обретая способность видеть мертвые души, эти несчастные теряли возможность видеть все остальное.

— Она не слепа, – заметил Учида.

— И это тоже правда. Считается, если дар итако достаточно силен, он не отбирает зрение. Про таких говорят, что они избраны богами.

— Или что вместо того, чтобы стать невестой бога, они становились невестой демона, – с улыбкой сказала Чиёко и вошла в комнату. – Не бойтесь меня обидеть, я знаю о слухах вокруг итако больше вашего.

Она пригласила к низкому столику, сама разлила чай по чашкам и подала гостям. Ее волосы, собранные у кончиков лентой, гладко блестели в тусклом свете, притягивая взгляд. Гораздо чаще Хизаши видел ее с тугим пучком.

— Пожалуйста, расскажите, что с Кентой, – сказала она. – Прошу вас!

— Прежде я хотел бы услышать, каким образом вы защитили нас от преследования, – возразил Учида, добровольно взявший на себя обязанность вести беседу, и Хизаши был ему благодарен.

Подбородок Чиёко дернулся, будто бы она собиралась по привычке дерзко вздернуть его, но справилась с собой и ниже склонила голову перед фусинцем.

— Я попросила духов скрыть все живое в этой комнате. Но не бойтесь, они уже ушли.

Брови Учиды дрогнули – мало кто спокойно относится к тому, что невидимые глазу юрэй касаются его, чтобы скрыть живую энергию своей, мертвой. Для нечистой на руку итако ничего не стоило привязать неспокойную душу к человеку и таким образом проклясть его на страдания и болезни. Но Чиёко не поступила бы так, как бы Хизаши к ней ни относился.

— Так что с Кентой?

Ее голос взволнованно дрожал. Хизаши почти позволил Юдаю ответить, но все же нашел в себе смелость сделать это самому.

— Долгая история. Самое главное, что тебе стоит узнать сразу, – он зябко повел плечами, – это…