Книга Семь рыцарей для принцессы, страница 39 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— А ну быстро разошлись по своим комнатам! — гаркнул Савелий. — Встали у своих кроватей по стойке “смирно!” и ждете меня!

Герман поймал его насмешливый взгляд, на долю секунду отпустил барьер и тут же об этом пожалел. Добраться до декана ему не удалось, а поток негодования хлынул в голову с такой силой, что несчастный эмпат едва устоял на ногах. И именно в этот момент осознал — у Дзюн найдут метательные ножи.

— Берт, — он дернул друга за рукав. — Нужна твоя помощь.

Он торопливо закивал, будто проникся серьезностью ситуации, хотя такого подвига от него все-таки ждать не следовало. Герман убедился, что тот пошел в нужную сторону и с нужными намерениями, и незаметно скрылся.

Комната Дзюн Мэй находилась этажом выше, но с такой скоростью проверяющие доберутся до нее довольно быстро. Герман взбежал наверх и остановился, сверяясь с ощущениями. Густое варево из негодования, злости и раздражения осталась плескаться позади, изредка цепляя за край сознания, но Герман был предельно сосредоточен и искал нечто конкретное. Приятное, шелковистое, успокаивающее.

Хлопнула дверь, и его обдало этой вожделенной прохладой. Дзюн выглянула в коридор и нахмурилась, обнаружив спешащего к ней Германа.

— В чем дело? — она опередила его буквально на секунду. — Рано.

Сонная и непричесанная, Дзюн показалась ему еще более привлекательной. Черные волосы оплетали узкие плечики свободной волной, короткий халат открывал тонкие ноги с острыми коленками и сильными подтянутыми лодыжками. Сообразив, что беззастенчиво рассматривает их, Герман мучительно покраснел, щеки запылали так, что даже больно стало. На какой-то момент собственные эмоции подскочили до такой степени, что затмили все остальные, но взгляд Дзюн остался равнодушно отстранен.

— В чем дело? — повторила она.

Герман собрался и куда более спокойным, чем сам от себя ожидал, голосом предупредил:

— Сейчас сюда придут с осмотром и найдут то, что ты украла из оружейной.

— Не найдут, — Дзюн не дрогнула. — Спасибо.

Она кивнула и закрыла дверь у него перед носом. Ее “спасибо” прозвучало вовсе не как благодарность, но на фоне невероятной сдержанности, Герману оно показалось вполне искренним, а лезть глубже в чувства девушки он не хотел.

Дзюн достойна того, чтобы узнавать ее постепенно.

Берт ждал его в комнате.

— Герман! — он подпрыгнул на стуле и, бросившись к нему, схватил за руки. — Они тут все перевернули! Ты только взгляни!

Герман осмотрелся и пришел к выводу, что пребывание в комнате такого соседа, как Альберт, приносило больше хаоса, чем могла бы устроить целая бригада досмотрщиков.

— Я все сделал правильно? — он с беспокойством заглянул Герману в глаза. — Я отвлек их, как ты и велел.

Половина, принадлежащая соседкам, пустовала, и при досмотре они не присутствовали. Ничего, потом сюрприз будет.

— Молодец, — Герман хлопнул друга по плечу и устало опустился на край своей кровати. Ему сильно хотелось спать, но, что самое важное, теперь он чувствовал себя куда лучше, чем полчаса назад. Неужели ледяное спокойствие Дзюн действовало на него так благотворно? Герман облизнул губы и покосился на часы.

— Э-э-э-э?! — Ситри застыла на входе с открытым то ли от удивления, то ли от возмущения ртом, взирая на царящий вокруг хаос, подруга выглянула из-за ее спины и недовольно цокнула языком. Обе были одеты в теплые махровые халаты, и если на маленькой Стефании он смотрелся органично, то на высокой и крупной Ситри пугающе стремился распахнуться. Девица не спешила упаковывать свои объемные прелести поглубже в вырез, напротив, уперла руки в бока и угрожающе выпятила грудь. Берт затравленно отвел глаза, подскочил на ноги, тут же сел обратно и ненароком придвинулся ближе к Герману.