Книга Семь рыцарей для принцессы, страница 68 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Да? — она стиснула кулаки и ядовито процедила. — А мне кажется, вы прекрасно проводили время без меня. М?

Герман выпрямился, накинул рубашку на плечи и принялся неторопливо, обстоятельно застегивать на все пуговицы.

— Повторю вопрос. Куда ты ходила?

Нет, головой о колено — не выход. Лицом о шкаф, только так. И неоднократно.

— Не твое дело. Ты мне не… — она вдруг запнулась, так внезапно, что сама испугалась, — не муж.

— Посмотри на себя, — парировал Герман, справившись с рубашкой и накидывая китель. — Ты что-то натворила. Что?

Он тебе нужен, уговаривала себя Стефания. Его мозги, если быть точной, они лучшее, что есть в этом самодовольном задаваке. Так что лицом о шкаф не пойдет — ценный ресурс может быть поврежден. Его бы пяткой секиры да в солнечное сплетение…

— Не твое дело, я же сказала, — через силу оставаясь спокойной, ответила она. — Не буду отвлекать.

Круто развернулась, хотела гордо удалиться, но ее остановил Берт.

— Ну ты чего в самом деле? У Германа плечо разнылось после ранения на практике, вот Ситри и поделилась каким-то своим чудодейственным снадобьем, — с умильной улыбкой объяснил он.

— Да, — авторитетно подтвердила Ситри.

Стефания ожгла предательницу гневным взглядом, стряхнула руку Альберта и все-таки выскочила в коридор. Не так гордо, как собиралась. Сердце бешено колотилось, но от чего, она понять не могла. С ней вообще в последнее время происходили странные вещи, с момента, как она вошла в ворота УВМД. Но у них же не было иного выбора! Или это училище или…

— Ты хотела со мной поговорить?

Стефания вздрогнула и с искренним удивлением обернулась на голос.

— Ты?

Герман скрестил руки на груди и тряхнул головой, будто торопил с ответом. Только что ногой не притоптывал. Стефания нацепила на лицо деловое выражение. Проигрывать, так с музыкой.

— Хотела. Мне нужна была помощь, но я поняла, что искала ее не в том месте. И не у того человека.

— Ты такая глупая, — вдруг заявил Герман.

— Глу… глупая?

Стефания открыла рот, чтобы возмутиться, но на ум не пришло ни одного подходящего ругательства. Герман поднес ладонь к лицу и вздохнул:

— Глупая-глупая. Как поймешь, в чем ошибаешься, мы вернемся к этому разговору.

Стефания проводила взглядом его прямую спину и все-таки не выдержала:

— Болван! Терпеть тебя не могу! Выскочка, деревенщина!

Герман на ходу махнул рукой в воздухе — то ли согласился, то ли посмеялся над ней.

— Ненавижу! — выкрикнула Стефания напоследок, но дверь в их общую комнату уже закрылась. — Ненавижу…

Она пнула стенку тяжелым армейским ботинком, представляя на ее месте зад одного самодовольного дерзкого мальчишки.

Поведение Стефании ставило Германа в тупик. Ее чувства и ее слова настолько разнились порой, что голова начинала трещать. Как эмпат он замечал такое за многими представительницами прекрасного пола, но случай со Стефанией — особенный. Совсем недавнего она на весь коридор кричала о ненависти, а чувствовала отчаяние и горечь. Нестыковка. Ее эмоции все сильнее били по чувствительным сенсорам, и только в своей комнате Герман был в относительной безопасности. И тогда, когда рядом оказывался Берт, свой яркой энергетикой легко перебивающий все остальное. Вальтер Гротт советовал периодически “чистить” блокатор и даже был настолько любезен, чтобы предложить свою помощь. Поначалу Герман решил с ним не связываться без лишней необходимости, но с такими соседями эта необходимость грозила вот-вот наступить.