Книга Детектив с небес, страница 16 – Ли Тонвон

Мимо них проехала скорая с пациентом – мужчиной с ножевым ранением. Вероятно, на него напали: за скорой следовала полицейская машина.

— Грех – это болезнь, которая влечет за собой смерть. Если в человеке жива совесть, то, согрешив, он ощущает боль и может спастись, обратясь к Богу. Но дурные люди не признают своих грехов. Со временем их душа погибает подобно отмирающим нервам, – проговорил Ю Чинсин, вглядываясь в кромешную тьму ночного неба. – В конце концов наступает стадия, когда человек, как Юн Сибён, перестает чувствовать вину. Он смертельно болен, но не осознает этого. Таким людям не способны помочь ни самый лучший врач, ни чудодейственные препараты.

— Проповедуете сейчас как настоящий пастор, – саркастически заметил Сон Йохан.

— Вы верите словам председателя Юн Чихо?

— А что? Что-то не так?

Вспоминая визит в офис «Beautiful Seoul», Ю Чинсин ответил:

— Сотрудник, который нас провожал, показался мне чрезвычайно нездоровым, да и остальные работники выглядели подавленно. И я не только о физической усталости, атмосфера в фонде в целом нехорошая.

Сон Йохан согласно кивнул. Все, кого было видно из кабинета Юн Чихо, имели мрачный вид.

— Председатель говорил о том, как ужасно он занят, а у самого энергия била через край. Слегка растрепанные волосы, борода как в рекламе бритвы, костюм без галстука, на ногах кроссовки. Естественно, у занятого городского мужчины на кроссовках должно быть немного грязи. Чтобы выглядело стильно.

— Хотите сказать, это все было спектаклем?

— Вот у вас на кроссовках настоящая грязь, не то что у некоторых, – заметил Ю Чинсин, разглядывая обувь следователя.

— А пастор-то у нас, я смотрю, не без цинизма.

— Пастор верит не в людей, а в Бога.

— Вы лучше не глупости мне тут рассказывайте, а помолитесь о том, чтобы Чон Хёсок поскорее пришел в себя. Мы все равно ничего не сможем сделать, пока он не очнется.

Как и говорил Сон Йохан, пока с ними не свяжутся из больницы, делать было нечего. Но связались на удивление скоро. Уже на следующий день, когда следователь обедал в участковой столовой, ему позвонили. Однако не врач и не по поводу Чон Хёсока.

— Здравствуйте, вы помните меня? Мы виделись, когда вы приходили на встречу с председателем «Beautiful Seoul», я провожал вас в кабинет.

Следователь припомнил сотрудника с нездорово бледным лицом.

— Вы тогда посоветовали мне сходить к врачу, и я прошел обследование. Только что получил результаты, и действительно – есть проблемы.

— Все очень серьезно?

Сон Йохан перестал ковыряться палочками в тарелке.

— Да, кажется, придется уволиться и лечь на операцию. Но хорошо, что болезнь обнаружили не слишком поздно. Врач сказал, нужно только пройти курс лечения, и все.

— Вот как. Это хорошо.

— Да, поэтому я и позвонил, хотел поблагодарить вас. И еще кое-что рассказать.

Сон Йохан интуитивно понял: настоящей причиной звонка и было это «кое-что».

— Говорите.

— Председатель вам солгал.

— О чем?

— О том, что он попросил прощения у старика, который к нему приходил, и что тот его обнял… – Последние слова прозвучали невнятно.

— Откуда вам это известно?

— Я… спрятал в кабинете Юн Чихо диктофон.

— То есть вы его прослушивали?

Не успел Сон Йохан договорить, как звонивший поспешно добавил:

— Я знаю, что так нельзя! Но председатель первый начал это делать. – Сотрудник фонда продолжал все более взволнованно: – Разве я не понимаю, что это запрещено? А знаете, почему я, несмотря на это, подвергаю себя опасности и записываю его разговоры? Юн Чихо, который с экрана обвиняет большие компании в коррупции и злоупотреблении властью, занимается тем же самым!