Книга Ловелас. Том 6, страница 79 – Илья Взоров

Мы основательно почистили и кадры: старых херстовских старичков, дремавших на местах по двадцать лет, аккуратно спровадили на пенсию, а на их места набрали молодых, голодных, злых до работы. Кровь в корпорации побежала быстрее, активнее.

Только Ларри всё куксился. Ходил тёмной тучей, осунулся, глаза потухли. Историю с Дженет он мне не простил, но работу тянул. Типографии прошли аудит, распространение газет и журналов работало как часы. Дополнительным бонусом захвата медиаимперии стало то, что мы бесплатно запустили в машину по дистрибуции печатных изданий Херстов Ловеласа. И тиражи сразу в очередной раз скакнули. Эх, дожать бы еще почту и жизнь, считай, удалась!

Глава 21

К концу недели я понял, что могу со спокойной совестью всё взвалить на сотрудников и с чистой душой вернуться домой. Машина «нового» Херста отлажена, люди на местах, дела идут. Нью-Йорк меня больше не держал.

Мы с Полли улетали дневным рейсом Пан-Ам, Хэнка я отправил утренним. «Дипломат» решили пока оставить на подземной парковке небоскреба Херстов, в LA у меня были Роллс-Ройсы, тащить золотой лимузин через всю страну не хотелось. Мало ли что на нем отвалится по дороге? Даже если отправлять железнодорожной платформой, то все-равно стремно. Что-нибудь отвинтят, украдут из салона. Например, встроенный радиотелефон. Нет, пусть уж лучше остается в Нью-Йорке!

Самолёт набрал высоту, заложил вираж, и в иллюминаторе развернулся весь Манхэттен и теперь уплывал вниз и назад, игрушечный, в дымке. Полли посмотрела на него сверху, задумчиво, серьезно, потом откинулась в кресле.

— А знаешь, — сказала она, — я ведь даже не ожидала, что всё пройдёт так гладко.

Я чуть не поперхнулся.

— Гладко⁈ — Я повернулся к ней. — Серьезно⁈ Полли, меня чуть не арестовали прямо в Сенате! У нас под самым носом крыса завелась — шпионка, которая почти полгода сливала Херсту всё, что шевелилось в редакции. Заодно я угробил дружбу с Ларри. Да и с Хьюзом чуть до драки не дошло. И это ты называешь гладко?

Полли посмотрела на меня — снисходительно, как старая нянька на разошедшегося ребёнка.

— Кит, — сказала она мягко. — А ведь тебе могли и пулю в лоб закатать. Тихо, в подворотне. За такие дела, что ты провернул, людей и хоронили без лишнего шума, в море. Знаешь как работает мафия? Вывезли бы на лодке в бухту Нью-Арка, поставили в тазик с цементом и прощай. А ты — живой, при своём, летишь домой первым классом. Вот это, милый, и называется гладко. Подумаешь Ларри! Отойдет, отмокнет. А Хьюз… на него у нас такая удавка есть!

Я хмыкнул. Крыть было нечем, Кристи была нашим мощным козырем. Только надо было его теперь правильно разыграть. Чтобы Хьюз не психанул, не устроил скандал. Может подсыпать ему кодеина в бокал? Двойная доза его должна гарантированно успокоить. Или упокоить? Риск велики, вдруг сердечко не выдержит.

— Ты просто вечно ждёшь худшего, Полли, — сказал я, потягиваясь в кресле. — А надо думать о хорошем. Всегда. Вот я, например, о чём сейчас думаю? О том, что дома меня ждут мои зайки. Соскучились небось. Сегодня же и зажгу — с близняшками. А может, с Рейчел. Она девочка тонкая, а я по тонкому соскучился.

— Бери Камиллу, — фыркнула Полли, прикрывая глаза. — Она из них самая страстная. И небось извелась больше всех, пока ты по Вашингтонам геройствовал.