Книга Ловелас. Том 5, страница 9 – Илья Взоров

— А я научусь?

— Все учатся. Начнешь с «плуга», потом освоишь поворот. Главное — не бояться падать.

Рейчел в отличии от болтушки Камиллы, сидела молча, разглядывая меня тем особым выражением, к которому я уже привык — чуть-чуть боязливым, чуть-чуть собственническим, чуть-чуть оценивающим. Девушка училась быть зайкой в полевых условиях, и было заметно, что она ещё не до конца уверилась в своём новом статусе.

— Кит, — спросила она тихо. — А мистер Хьюз — он какой?

— Хьюз — это, девочки, отдельная тема. — Я повернулся к окну, потёр обмёрзшие изнутри стёкла. — Он эксцентричный человек. Очень богатый. Очень умный. Очень закрытый. Никогда не знаешь, чем встретит. Может быть очаровательным. Может быть холодным. Или вытворять такое, что ум за разум заходит.

Нет, про «боулинг» в Майями я рассказывать не буду!

— Может десять минут разговаривать с тобой, потом встать и уйти без объяснений.

— Он женат? — спросила Шерил с другого конца дивана.

— Был. Сейчас, кажется, нет. Точно не знаю. Про него разные слухи ходят.

— У него тут какая-то актриса живёт? Из его студии РКО?

— Шерил. Не лезь в это и не задавай лишних вопросов. Если будет — увидишь. Не будет — не наше дело.

Шерил притихла. Камилла понимающе кивнула.

Дорога пошла круче в гору. Лес уплотнился. Свет за окном стал особенный, бело-голубой, с тем горным холодным оттенком, какой бывает только зимой в горах. Кадиллак мерно полз вверх.

— Кит, — Шерил снова повернулась ко мне. — А мы что, реально завтра уже встанем на лыжи?

— Реально. С утра инструктор. Сначала на пологом детском склоне, к вечеру первого дня съедете с «зеленой» горки самостоятельно. К концу четвёртого — будете хвастать друг друга, что катаетесь на черных склонах.

— Что значит цвета склонов?

— Зеленый самый простой. Потом идет синий, красный и самый сложный черный. Смертельный номер, исполняется впервые…

Девушки засмеялись, а через пять минут мы уже заезжали на ранчо Говарда.

Поместье Хьюзе впечатляло.

Кадиллак свернул с шоссе вправо, на грунтовую расчищенную дорогу, между двух высоких столбов с резной деревянной вывеской: «HUGHES RANCH». Дальше — крутая дуга через заросли тёмного ельника, ещё минуты три — и мы выкатились на широкую поляну, к которой террасами поднимались склоны.

И вот тут я остановил дыхание во второй раз за час.

Ранчо Хьюза в Снаумасс-Вэлли — это была усадьба, какиев моей прошлой жизни строят разве что олигархи третьей волны где-нибудь на Алтае, и то с переплатой. Центральный лодж — двухэтажный сруб из тёмного кедра, с высокими стрельчатыми окнами в торцах, с каменным цоколем, с крытой галереей по периметру второго этажа. Перед лоджем — каменный въезд с двумя высокими столбами и подвесным фонарём. Вокруг центрального лоджа — россыпь отдельных шале, каждый чуть поменьше, в том же стиле: бревенчатые стены, высокие крыши, маленькие крылечки. Я насчитал шесть отдельных шале по периметру поляны, плюс отдельный длинный конюшенный амбар на дальней стороне (даже здесь, на двух с половиной тысячах метров, у Хьюза были лошади!), плюс отдельный длинный приземистый дом с дымом из трубы. На дальнем плане за всем этим — белые вершины гор.

Кадиллаки остановились у крыльца центрального лоджа. Нас встречали — двое. Высокий пожилой мужчина в шерстяном пальто с шарфом, очевидно, управляющий, и женщина средних лет в светло-сером жакете с папкой в руках. Без улыбок, но с тем особым деловым выражением, какое у профессионалов западного сервиса.