Книга Предатель. Ребенок от подруги, страница 61 – Юлия Василевская

— Я… я не знаю, — мямлю я.

Все мысли смешались в голове. Мне страшно, очень страшно. А что если не получится? А что если мы не сможем?

— Зато я знаю, — Глеб решительно берет мою руку и надевает кольцо.

Я смотрю, как свет отражается от бриллианта, рассыпается мелкими искорками.

— Ты уверен? — спрашиваю я.

— Сто процентов, Кира. Я никогда не переставал любить тебя. Я тебя ждал. Судьба подарила нам второй шанс, мы не можем его упустить.

— Да, — эхом повторяю я, — второй шанс.

Сейчас я понимаю, что Влад всегда был в моем сердце, как бы я ни старалась забыть его.

— Я согласна! — говорю я, к черту сомнения, я люблю Влада и хочу быть с ним.

Максим

— Ты идиот, сын! Семью просрал, бизнес просрал! Под каблук к мошеннице попал. Разве так я тебя воспитывал? Я тебе всегда говорил: ты мужик, значит веди себя соответственно! А, всё бестолку, — отец обречённо машет на меня рукой.

Вот это вот ранит больнее всего. Не то, что он костерит меня, а вот это разочарование в его глазах. Я и сам знаю, что поступил как подонок последний. Притащил в дом Светку. Из-за меня чуть отец не погиб. Из-за меня родители чуть не лишились, с таким трудом собранных, накоплений.

Хорошо, хоть быстро нашли деньги и мамины украшения. Это надо спасибо сказать Кириному нынешнему хахалю. Вернее мужу. Быстро же они расписались.

В душе поднимается глухая обида. Может и не любила меня Кира никогда, раз так быстро замуж выскочила. Одергиваю себя — мне жену бывшую не в чём упрекнуть. А вот себя…

Поздно понял я, каким сокровищем владею. Теперь вон даже отец уверен, что я никчемный, размазня я. Повелся на упругую задницу и потерял всё!

— Знаю я всё, отец, не трави душу, — вздыхаю я, — и так тошно.

— Тошно тебе? Себя жалеешь? Бедный, несчастный, судьбинушка злая. Все вокруг виноватые, да? — и не думает успокаиваться батя.

Вот как ему удается давить на самое больное? А ведь прав он! Жалко себя, сил нет. Остался у разбитого корыта. Во всём отец прав.

— Саша, ну хватит уже, — встревает мама, — ну оступился мальчик, с кем не бывает.

— Я уже не мальчик, мам. Давно не мальчик. Отец прав, — говорю я, — пора взрослеть.

Я одеваюсь и выхожу из дома. Адрес я узнал во время суда над Светланой. Посадили ее за то, что отца травила, и за кражу, и за то, что Аню из дома выгнала. Да и любовник её, чтобы задницу свою спасти, против неё показания давал. В итоге сидеть ей долгие годы.

Во время суда я не видел Киру, вместо неё присутствовал адвокат. Не захотела она в этом пачкаться, и я её понимаю. Сам чувствовал себя изваляным в грязи.

Светку мне не жаль. За что боролась, за то и напоролась. Её жиголо всю вину на неё свалил, но и ему перепало. Может, и правда так она его любила, что готова на всё пойти была. Но я больше уверен, что характер у неё просто дерьмовый. Завистливая она очень и жадная.

Я стучу в обшарпанную дверь.

— Явился! — женщина на пороге скрещивает руки, — что тебе надо?

С матерью Светланы, Галиной Сергеевной, мы познакомились на суде. Ну как познакомились, она меня и видеть не хотела, отчасти винила в том, что её дочь за решёткой оказалась.

— Здесь мой сын, — просто отвечаю я.

Я показываю полные пакеты.

— Вот, я продукты и памперсы принес.

Но мать Светки смотрит враждебно, хмурится.

— Я не собираюсь отбирать у вас Матвея, — говорю я, — вернее собираюсь, но не так, как вы подумали. Давайте поговорим.