Книга Семья на время. Версия 2.0, страница 33 – Рина Фиори

Нагло ухмыляется, и сомнений в том, что он гордится своими проделками, не остаётся.

— Пошёл вон! — Роберт указывает отцу на дверь.

От развернувшейся драмы я совершенно не замечаю, как рядом оказывается дочурка.

— Солнышко, ты проснулась? — подхватываю малышку на руки и ухожу вместе с ней, так и не узнав, чем же закончился разговор отца и сына.

Пока занимаюсь дочкой, слышу, как громко хлопает входная дверь.

Кажется, Герман Владимирович ушёл.

Из груди моей непроизвольно вырывается вздох облегчения, а в кухню тем временем проходит Роберт. Он хмур и зол очень сильно, но заметив сидящую за стульчиком Лилю, смягчается.

— Привет, малышка, — подходит к моей дочурке и гладит её по волосам ладонью. Ненадолго задерживается, перебирает пальцами светлые кудряшки, улыбается тепло.

— Лоб, пи-еть, — весело болтая ножками, отвечает Лиля.

Другой бы, наверное, оскорбился на месте Роберта, но мужчина стойко терпит приклеившееся к нему прозвище.

Я раскладываю сырники по тарелкам, посыпаю пудрой, по чашкам разливаю кофе. У Лили — детский сок.

— Спасибо, — благодарит Роберт.

В воздухе чувствуется напряжение, но спрашивать ни о чём не решаюсь, ведь Лиля сейчас рядом с нами.

— Знаешь, обо мне ведь никто так не заботился давно. Пока мы были в разлуке, я уже и забыл, каково это — когда кто-то для тебя кофе делает, — делает глоток ароматного напитка из чашки, блаженно прикрывает глаза на мгновение.

— Сейчас в любом супермаркете есть кофейный аппарат, — отмахиваюсь от неожиданного комплимента.

— Это не то, Ань, ты же понимаешь, — протягивает руку и накрывает ею мою ладонь.

Приходится терпеть — не устраивать же при дочке разборки.

— А помнишь, как мы вот так же по утрам завтракали раньше?

— Помню, только тогда наоборот, ты для меня заваривал кофе, — отвожу взгляд смущённо.

К окончанию нашего завтрака приходит няня, и я спокойно передаю Лилечку на её попечение, а сама принимаюсь собираться на работу. Теперь ведь нет необходимости сидеть дома с дочкой и ждать, когда в саду закончится карантин.

— Мы сможем поговорить по дороге? — спрашиваю у Роберта сдержанно.

Сколько вопросов у меня к нему — не перечесть. Но я держу их в себе только ради того, чтобы не устраивать разборки при ребёнке и постороннем человеке.

— Хорошо, — кивает мужчина.

Терпеливо дожидается, когда я соберусь и дам указания няне.

После мы покидаем квартиру.

На улице идёт снег, сыплет огромными хлопьями, тонким пушистым ковром укрывает землю. И ни единого намёка на ветер — так тихо, спокойно. Вот бы и в моей душе было такое же спокойствие.

Роберт открывает передо мной дверь внедорожника, помогает сесть. Я на автомате принимаю помощь мужа, не задумываюсь. Другим голова забита.

— Так, и о чём ты хотела поговорить? — спрашивает мужчина, заводя машину.

— Зачем ты взял щётку Лили? Ты даже не потрудился вернуть её на место после того, как я сделала замечание. Мне пришлось новую распаковывать, чтобы почистить дочке зубы после пробуждения, — высказываю Робу, но ему, кажется, плевать.

— Я планирую сделать тест ДНК, — сообщает, как ни в чём не бывало.

— В смысле? — шумно сглатываю.

Сердце принимается учащённо биться в груди, а пальцы рук холодеют.

— Ты не имеешь права, Роберт! — проговариваю сдержанно, хотя внутри меня зарождается сама настоящая буря, которая того и гляди всё снесёт на своём пути. — Ты не имеешь права делать это без моего согласия.