Книга Семья на время. Версия 2.0, страница 40 – Рина Фиори

— Лиля с нянечкой, а я тебе звонила, и ответила медсестра, или врач. Она мне и рассказал всё.

Я ещё какое-то время нахожусь рядом с Робертом, но он так и не говорит мне, где и что у него болит. Приходится идти и искать его лечащего врача, по просьбе Роберта договариться об отдельной палате и заодно узнать о прогнозах.

— Я хочу без посторонних с тобой общаться, — говорит, будто собрался тут долго лежать.

В целом, мужчина отделался ушибами и переломом рёбер.

И очень попросил привести к нему Лилю через несколько дней.

— Я соскучился по малышке.

Вести ребёнка в больницу не хотелось, но дочка тоже спрашивала каждый день, где Лоб, и я сдалась.

А заодно и подумала: может, всё-таки, пора уже признаться, что Роберт её отец?

Роберт

Завтра меня выписывают, а сегодня Аня обещала привести ко мне Лилю.

В том, что это моя дочка, у меня нет сомнений, но жена почему-то не спешит признаваться.

Не давлю. Понимаю, что необходимо просто подождать. Набраться терпения, которого мне так не хватает.

Что касается Германа, то пока я лежал в больнице, удалось кое-что выяснить. Я не стал наводить шум, перебираться в частную клинику. Врачи и здесь неплохие, особенно, если как следует отблагодарить. Тем более, мне выделили отдельную палату.

Подозрения, что всё это подстроил мой теперь уже, как выяснилось, отчим, меня не оставляли, поэтому я задействовал свои связи и попросил о помощи нового партнёра — Тимофея Морозного, с которым у нас теперь общий бизнес.

В первую очередь Тим организовал охрану для моих девчонок, но так, чтобы не привлекать внимания и не нервировать Анюту.

Во-вторых, получилось найти машину, которая меня сбила. Сразу стало понятно, что это не случайность, но вот выйти на заказчика оказалось не так-то просто. Тот, кто захотел меня убрать или напугать, тщательно замёл следы.

Но всё же не настолько тщательно, чтобы правильные люди не смогли его вычислить.

Подозреваю, что Герман таким образом надеялся не делить со мной бизнес и всё оставить за собой. Конечно, его причастность надо ещё доказать, а это не так быстро, но я надеюсь, что мне удастся решить этот вопрос.

А пока я прогуливаюсь по палате и с нетерпением жду, когда появятся девочки.

Дверь открывается, и первой заглядывает внутрь Лиля. Робко проходит, не кричит: «привет, Лоб», и это напрягает. Смотрю на дочку и понимаю, что что-то в её взгляде неуловимо изменилось. Понять бы ещё, что именно.

Следом в палату входит Анюта. Смущённо улыбается, кивает в знак приветствия, а мне безумно её обнять хочется.

Их обеих. Надоело всё. Трения эти, споры, разборки. Хочется просто спокойной мирной жизни. И новый год вместе встретить. Всей семьёй.

— Ну же, малыш, поздоровайся, — Аня подталкивает дочку в спину легонько.

Лиля делает ещё шажок, становится напротив и произносит то, что способно растопить любое сердце. Даже такое каменное, как моё.

— Пливет, папа Лоб.

* * *

Мы проводим вместе весь день. Я знал, что Аня приведёт Лилю, поэтому организовал доставку подарков в больницу. Врачи не в восторге, но мне плевать, зато дочке есть чем заняться. Сидит, играет с куклой, кормит её с ложечки, в одежду переодевает.

Аня суетится вокруг меня, будто я инвалид.

— Тебе помочь с обедом? — спрашивает, пытаясь поправить подушку за моей спиной.