Книга Сквозь предательство к тебе, страница 10 – Аврора Ланская

Я медленно, словно во сне, подняла голову.

Мужчина опустился передо мной на корточки. На нем было дорогое черное пальто, капли дождя блестели на его темных, жестких волосах.

Он смотрел на меня.

Его глаза — пронзительно-серые, как грозовое небо, с характерным стальным прищуром, который я узнала бы из тысячи. Твердая линия подбородка, тонкий шрам над левой бровью — след от нашей юношеской аварии на мотоцикле.

Это был Максим.

Мой первый муж. Моя первая, самая сумасшедшая и самая больная любовь.

И родной, старший брат моего нынешнего мужа, Артема.

Человек, который погиб в страшной автокатастрофе пять лет назад. Чье тело обгорело настолько, что гроб хоронили закрытым. Человек, которого я оплакивала так, что едва не сошла с ума, пока Артем — «добрый, заботливый брат» — не подставил мне свое плечо, чтобы утешить.

— Это галлюцинации... — прошептала я побелевшими губами. Мои зубы стучали от холода и шока. — Опухоль уже дала метастазы в мозг... Я схожу с ума.

Я закрыла лицо руками, прячась от этого невозможного видения. Это просто жестокая шутка моего умирающего сознания.

Но вдруг его большие, горячие ладони обхватили мои ледяные запястья. Он мягко, но непреклонно отвел мои руки от лица.

Тепло. Он был невероятно, обжигающе горячим и... реальным.

— Ты не сходишь с ума, Оксанка, — тихо сказал Максим. Большой палец его руки скользнул по моей мокрой щеке, стирая дождевую воду вперемешку со слезами. Это прикосновение прожгло меня до костей. — Я живой.

— Т-ты... умер... — выдавила я, пытаясь отстраниться, но он держал крепко. — Я видела твою могилу. Я выбирала тебе венок!

Паника накрыла меня с головой. Я задергалась в его руках, как пойманная птица. Мне стало страшно. Животный, первобытный ужас парализовал тело. Мертвецы не воскресают. Так не бывает!

— Тише. Успокойся, — Максим чуть сжал мои запястья, его голос стал жестче, приобретая те самые командные нотки, которым невозможно было сопротивляться. — У нас нет времени на истерики. Тебе нельзя здесь сидеть, ты вся продрогла.

Он плавно поднялся на ноги и, не отпуская мою руку, потянул меня за собой.

Я сопротивлялась, упираясь ногами в скользкий асфальт. Мои колени дрожали, я едва держалась на ногах.

— Отпусти меня! — закричала я, пытаясь вырваться. — Кто ты такой?! Ты не Максим! Максим мертв!

— Я знаю, что ты только что прочитала, — вдруг произнес он, перекрывая шум дождя.

Я замерла.

Максим посмотрел мне прямо в глаза. В его сером взгляде не было жалости. В нем была абсолютная, пугающая уверенность человека, который контролирует весь мир.

— Я знаю про твои анализы, Оксана, — чеканя каждое слово, сказал мой «мертвый» муж. — Я знаю про диагноз. И я знаю, как все исправить.

Он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума. От него пахло дорогим парфюмом, кожей и... влажной хвоей. Как тогда, пять лет назад.

— Я знаю, как вырезать эту опухоль, — прошептал он, склонившись к моему уху. — И я знаю, как наказать тех мразей, которые тебя сегодня уничтожили. Но для этого ты должна пойти со мной. Прямо сейчас.

Мой мозг отказывался обрабатывать информацию. Он знает про опухоль? Откуда?! Я сама узнала об этом пять минут назад! Он знает про Артема и Настю?

— Я никуда с тобой не поеду... — пролепетала я, чувствуя, как сознание начинает мутнеть от переизбытка шока.