Книга Волков: Мне нельзя тебя любить, страница 103 – Яна Марс

Алиса не поняла, как начала плакать..

— Кто он? — спросил Витя. Голос его был странно спокоен. Слишком спокоен. — Кто наш настоящий отец?

Бабушка посмотрела на него долгим взглядом.

— Лев Волков, — сказала она.

Москва. Август, 2025 год.

Слова бабушки повисли в воздухе, как грозовые тучи перед бурей.

Лев Волков.

Алиса смотрела на бабушку и не видела её. Перед глазами стояло другое лицо — человека, которого она никогда не знала. Отца, о существовании которого не подозревала.

— А точно ошибки быть не может? — её голос прозвучал чужим, будто не её.

Ольга Николаевна покачала головой. Медленно, тяжело, как судья, выносящая приговор.

— А вы проверяли? — спросил Витя. Он сидел бледный, вцепившись в край стола так, что побелели костяшки. — Ба, ты точно не путаешь?

— Зачем мне вам врать, остолоп? — бабушка повысила голос, но тут же сбавила тон, будто испугалась собственной громкости в чужом доме. — Вы думаете, я в Москву притащилась, чтобы вам сказки рассказывать?

Она полезла в свою сумку, достала потрёпанную папку. Алюминиевый зажим блеснул в свете кухонной лампы. Бабушка раскрыла её, выложила на стол бумаги — копии, заверенные, с печатями. Алиса узнала мамин почерк на одном из документов, и от этого узнавания заныло под ложечкой.

— Вот, — бабушка ткнула пальцем в свидетельство о рождении. — Посмотрите на даты.

Витя взял бумаги, поднёс к глазам. Алиса смотрела на его лицо и видела, как оно меняется — от непонимания к ужасу.

— Это ничего не значит, — сказал он, но голос дрогнул. — Мы могли родиться сильно раньше срока. Для близнецов это нормально.

— Нормально, — эхом отозвалась бабушка. — Но ваш отец — Лев Волков.

Витя замолчал. Положил бумаги на стол. Отодвинулся, будто они жгли пальцы. Алиса сидела, не в силах пошевелиться. Руки дрожали. Она спрятала их под стол, сжала в кулаки, но дрожь не проходила.

— Если Лев Волков — наш биологический отец, а Тигран — его сын... — Алиса произносила слова медленно, будто пробуя их на вкус, будто надеялась, что они изменятся, рассыплются в прах.

Земля ушла из-под ног.

Алиса встала, не помня, как. Стул отъехал назад, заскрипел по полу. Всё было как в тумане — размытые очертания, приглушённые звуки. Она слышала, как бьётся сердце, и этот звук заглушал всё остальное.

— Алиса, — Витя тоже поднялся. — Давай не будем спешить. Нужно дождаться Тиграна, поговорить и всё обсудить. Вдруг это неправда!

— Нет! — она сказала это громче, чем хотела. — Не нужно.

— Алиса...

— Не могу, Вить! — она почти кричала, но потом осеклась, прижала ладонь ко рту. Со стороны Мишкиной комнаты — тихо, сын спит. — Я не готова. Мне нужно время.

Ольга Николаевна сидела за столом, поджав губы. Её лицо было серым. Она отпила ещё глоток чая, потом закашлялась.

— Воды... — прохрипела она.

Витя метнулся к крану, налил стакан. Бабушка выпила, вытерла губы платком.

— Мне нехорошо, — сказала она. — Голова закружилась.

Алиса посмотрела на неё и вдруг увидела не железную Ольгу Николаевну, которая командовала всем домом и не признавала слабости. А старого, уставшего, больного человека.

— Витя, ты должен отвезти бабушку домой, — сказала Алиса. Голос её стал твёрже.

— А ты?

— Со мной всё будет хорошо, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Я не готова... не готова встречаться с Тиграном сейчас. И с мамой тоже. Мне нужно время.