Онлайн книга «Лихие приключения вдовы со стажем»
|
* * * Пасынок начал виновато задирать подол её платья. Катрин отбивалась от этого негодяя, как могла. Руки Олафа нервно дрожали. Он сопел — тяжело и прерывисто, как загнанный зверь, неумело возил ладонями по её телу, но она не чувствовала ничего, кроме брезгливости и животного страха. — Я так не могу, отец, — выдохнул он, отшатнувшись от девушки. — Перестань за мной наблюдать и оставь нас одних! После того, как маркиз скрылся за дверью, пасынок засуетился. А затем жертва почувствовала острую, обжигающую боль на внутренней стороне бедра. Она забилась в истерике от нестерпимого мучения, но ремни держали крепко, а кляп не давал крику отчаяния вырваться наружу. Этот подонок тушил сигареты об её кожу, потому что не смог выполнить отцовский наказ. Раз, другой, третий… Запах горелой плоти, слезы бессилия, текущие по её щекам… Когда на ране выступила кровь, он одернул на девушке нижнюю юбку, красноречиво запачкав подол, будто бы лишил её девственности, и, не глядя ей в глаза, вышел за дверь. — Всё сделано, — услышала она его голос. — Брак состоялся. Девушка, наконец, осталась одна — привязанная, изуродованная, — чувствуя себя мелкой пешкой в чужой игре. Катрин всё больше погружалась в гадкое чувство брезгливости к себе самой, что не давало возможности логично мыслить. К горлу подступила тошнота. Мир был грязным и жестоким, и в нём совсем не было для неё места. Жить не хотелось. Каждый вздох казался девушке предательством по отношению к своей сущности. Именно тогда дочь Дугласа Милтона вознамерилась умереть… Но сначала она решила, что маркиз де Ланжерон уйдёт первым. Терпеливо дождавшись, когда её, наконец, выведут из этой «темницы», Катрин де Ланжерон имела особый план, который собиралась воплотить перед своим уходом из этой жестокой реальности. Спустя две недели после насильственного подписания дополнительного соглашения к брачному договору, молодая жена ночью проскользнула в спальню супруга, дверь которой оказалась не заперта. Маркиз спал: старый, дряблый, с открытым ртом, издающим противные, хрипящие звуки. Он не проснулся, когда она вошла в комнату, не проснулся, когда она подошла к кровати, не проснулся, когда она взяла подушку… Катрин просто положила сей предмет ему на лицо и… села сверху. Он дернулся. Руки инстинктивно вцепились в ткань, но силы — старческие, слабые не дали ему ни единого шанса. Девушка сидела неподвижно, чувствуя, как ослабевает его борьба за жизнь. Она дала ему время, чтобы он осознал, что умирает, чтобы он испытал то же самое беспомощное отчаяние, которое ощущала сама Катрин все эти дни своего преступного унижения. Хрип прекратился. Тело обмякло. Она сидела ещё с минуту, потом встала, убрала подушку на место и уверенно вышла из комнаты, не чувствуя ничего: ни облегчения, ни торжества, только одну пугающую нормального человека особую пустоту… Глава 64 Я не осознавала, как выбралась из этой страшной комнаты, где мне пришлось стать «невольным свидетелем» неприглядных фрагментов из жизни хозяйки тела. Кажется, я бежала на автомате — ноги несли меня по коридорам, мимо множества окон и кучи закрытых дверей. В моей голове с неумолимой жестокостью перемешались отголоски собственного прошлого с обрывками воспоминаний самой Катрин: предсмертный хрип маркиза, запах горелой плоти, нижняя юбка, пропитанная свежей кровью… |